— «Лучь-энергиевич» захват брал, а Сидоров взял свой отворот ниже его захвата и локтём намотал на его кисть, далее — бросок и травма.
— Это вообще легально? — спросил я.
— Юридически он работал со своим отворотом, так что да, легально, — хмуро произнёс тренер.
— Понятно. Паша Дружинин ещё не выступал? — спросил я снова.
— Нет, ещё не выступал. Говорят, ты его одной из своих фишек научил?
— Паша сам её увидел и, видимо, теперь применяет. Обмен опытом. — улыбнулся я.
— Ну да, ну да. Ты если надумаешь серьёзно спортом заниматься, я с Кузьмичём поговорю. Мы тебя можем в Воронежский пед устроить? Будешь у нас в «Динамо». А тренера будет у тебя два: Кузьмич да я.
— Спасибо за оказанное доверие. Но я Кузьмичу уже обещал «Ворон» выиграть. — широко улыбнулся я.
— Кузьмич только рад будет, если ты для него Воронеж заберёшь. Какая у тебя весовая сейчас — 60?
— Похоже на то. — пожал я плечами.
— Похоже на то, что тебе взвешаться надо. — улыбнулся тренер.
— Слушайте, у меня тут моральная дилемма, может, вы поможете её разрешить? — решился я на откровение.
— До окончания турнира не ждёт? — спросил Сергеич высматривая что-то на втором ковре.
— Где-то я слышал выражение, что любая проблема стремится к самостоятельному её разрешению, даже если её не решать, но не факт, что в твою пользу. У вас в ближайшем будущем будут люди, которые с Сидоровым будут бороться?
— Сегодня нет, а в будущем, конечно, встретимся. Этот пострел по всем большим городам катается. — эти слова Сергеич произнёс, поморщившись.
— А что если выяснится, что он на допинге, причём не на обычном, а на том, что заставляет его психику желать травмировать людей? — как бы нейтрально предположил я.
— Ты предполагаешь, или у тебя есть неопровержимые доказательства? — спросил у меня Сергеич.
— Вот об этом я и хотел поговорить, чтоб не при всех. — произнёс я.
Этот разговор мы продолжали в его машине, в белом «412» «Москвиче».
У коробки передач лежал мой развёрнутый компромат, как физическое доказательство нечестности Сидорова.
— Причём это не просто стероиды, это контрабанда. Я понимаю, что возможно многие балуются такими штуками, но этот маньяк людей калечит, а вскрытая ампула указывает на то что уколол он её сегодня прям, перед схватками. Это какой-то короткий эфир, типа тестестерон-квиконата, или его аналогов. — нарушил я тишину.
— Жалко его отца, конечно, что такого сына воспитал. Ты, Саш, всё правильно сделал, что ко мне обратился. Но на местном уровне мы эту проблему не решим. — всё таки нашёл что ответить Сергей Сергеевич.
— Если что, моих отпечатков на ампуле и таблетках нет. — уточнил я.
— Я этот свёрток отнесу кое-куда. Не знаю как «Квиконат» впервые такое вижу, а «Силендуринабол» недели две ещё будет в моче светиться. Скажи мне, Саш, а не было искушения себе это оставить?
— Я, Сергеич, не вор и уж точно не враг своему здоровью, — помотал я головой.
— Расскажи ещё раз. Как ты понял, что он на химии?
— Я увидел его мышечный памп, отсутствие подкожных жировых, да и просто интуиция, а после того как он первому руку отломал, понял, что тут совсем что-то не так. Возможно, ему требуется врач для мозга, возможно, он вообще для общества опасен. И если сегодня его не остановить, то батя его на самый верх продвинет, а с такими-то наклонностями он нам даст просраться, если в партии продвинется.
— Пойти что ли тоже в Тамбов съездить, головой о ковёр стукнуться? Буду химиков по внешнему виду определять, тоже… — пошутил с серьёзным лицом Сергеич. — Ладно, Саш, спасибо тебе большое, и не только от меня, а от всех тех, кого он больше не покалечит. Слушай, передай Паше, что пока я «катаюсь», он — за главного над командой.
— Хорошо. — кивнул я и вышел из «Москвича».
Вернувшись в зал, я застал Павла. Он был мокр, а на лице виднелась ссадина — такие оставляет ткань куртки, если её намотать на кулак и проехаться по лицу.
— Видел? — спросил он меня, и я покачал головой в знак того, что не видел. — Я выиграл. Получилось второй раз таким способом, как ты показал, правда, я изменил под себя его.
— Поздравляю! Я не видел, но встретил твоего тренера. Он сказал, что отлучится и что ты пока за главного.
— А что, он сам не подошёл? — удивился Паша.
— Да он спешил куда-то. Сам его и спросишь, когда приедет.
— У нас все отвыступались, уже все в призах, — произнёс Павел, намекая, что не за кем больше присматривать и выводить на схватку.
— Ещё раз поздравляю! — поздравил я.
— Слушай, а где в городе дежурная аптека? — уточнил я. — Сегодня же воскресенье, вряд ли остальные работают.
— Дождись награждения, я покажу, — пообещал мне Павел.
— Добро. — кивнул я и направился наверх, на балкон. И по пути стал свидетелем ссоры.
Низенький кругленький мужчина с бородкой и Сергей Сидоров о чём-то спорили. Прямо у той самой двери с табличкой. Поднимаясь по лестнице, я остановился, чтобы завязать шнурки и уловить детали разговора.
— Сергей Юрьевич, никто в вашу комнату не заходил, я так точно… — оправдывался мужичок.
— Слушай, ты знаешь, кто мой отец. У меня из сумки пропало… — он замялся, — кое-что.
