— Я это уже поняла — ответила Кэттерин — я всё понимаю. Ты хороший человек… ну или не человек. Но есть Графиня, которой это не понять. Пойми, на ней груз ответственности за целое графство и даже, от части, за империю. Ты её не сможешь убедить. Она должна сама всё увидеть, но тебе лучше не вступать с ней в диалог. Не то, чтобы она была агрессивна, она просто не может такое понять.
Немного помолчав, думая о дальнейших шагах, Кэттерин решила продолжить, надевая сапожки.
— Ты на балу с ней не говори и даже не встречайся. Избегай её. Так будет и тебе проще, и ей лучше.
— Тогда полностью полагаюсь на тебя. Нам ещё одеться надо к баллу, так что пора выходить.
Кэттерин схватила Антона за рукав, останавливая его. Она уже стояла позади Антона, опустив глаза. На лице сиял румянец, а кулаки сжаты от волнения.
— Ты некому… спасибо… можно я буду…
Кэттерин не могла связать свои мысли в один поток, и говорила отрывками. Хоть она и мямлила, но Антон всё понял.
— Не волнуйся — положив ей на голову пятерню, продолжил-всё хорошо будет, прорвемся.
Вытерев слезы, Кэттерин улыбнулась и, взяв меня за руку, потянула на выход. На первом этаже было много народу. В харчевне снова тьма посетителей, среди которых много постояльцев и просто соседей. И ведь на нас сначала никто не обратил внимания, но это только пока. Как только мы сели за барную стойку, разговоры утихли, а Олла подошла к нам.
— Вы ТАМ чавой устроили? У меня в зале все магические светильники ходуном ходили… А ты, Рохан, собирался вроде как поговорить с ней об шпионаже, а не показывать, как и куда кровать передвигать нужно…
Кэттерин покраснела моментально, а вот я не сразу додумался. Оглянувшись по сторонам, я заметил в дальнем углу зала, сидевшего за столиком, Малика, стучавшего беззвучно по столешнице и смеющегося до слез. Видимо полог тишины накинули стопроцентный…
— А всё слышно было? — спросил я робко.
— Полог тишины накладывается на невозможность прослушать диалоги, а вот по полу он не идет. Грубо говоря, мы слышали очень частую перестановку кровати… Я понимаю, что вы молоды и ненасытны, но… давайте тише… — на этих словах и Олла покраснела.
— Да всё нормально — вмешался в разговор Горт — Олла тут на вас тотализатор… хе-е-х…
Горт получил локтем прямо в солнечное сплетение от Оллы, которая ещё сильнее покраснела.
— Да, небольшой тотализатор, но я толком нечего не выиграла… Не важно…я после вашу долю вам отдам… И Малику тоже отдам…
Харчевня «Довольный Горт», часами ранние.
К барной стойке подошел Малик, он уже помылся и ожидал, когда Антон поговорит с Кэттерин. Им нужно сегодня вечером на балл, да и вещи собирать надо. Скоро ведь в дальний путь.
— Доброе утро, Горт! — обратился Малик.
Горт поднял голову, и широко улыбнулся.
— Ну привет… Как помылся? Опять полные улицы девок собирал?
— Да… водичка была хороша… а по поводу сбора девок, так мне не жалко… мне ведь за сорок, пока мой меч ещё острый, нужно рубить, а вот когда затупится и погнется, тогда и перестану…
— Жениться надо тебе — с грустью в голосе сказал Горт — вот детишек заведешь… вырастишь… вот тогда и поумнеешь… э-эх — выдохнул Горт.
— Так мне баба такая нужна, чтобы как у тебя, чтоб любила и заботилась… а эти только глазеть могут, да и целоваться… а после свадьбы мозг выносить…
— Да бабы не все такие… моя так тоже и выносила, и огорчала меня, но ведь любим мы тех, от кого в груди щемит и о которых душа болит. Олла так об мою голову в месяц две скалки расшибает, а однажды, сковородку сломала… Но я ведь люблю её, и без неё не смогу жить.
— Уговорил… А Рохан с Кэттерин, где?
— Так говорить пошли… в комнату.
Малик почесал подбородок, а в глазах мерцнули искорки.
— На что поспорим, что они там на долго, да и не совсем для обсуждения темы шпионов?
Горт потупил взгляд, потом он мазнул по фигурке Оллы. Вернувшись взглядом к Малику, Горт шепотом сказал — Десять ту, на то, что он там на час, если больше, то твоя взяла, меньше или ровно, то моя взяла.
— Идет! А почему шепотом? — спросил Малик, оглядывая пустой зал.
— Олла очень азартна, скорее всего, сама поставит, а когда она проигрывает, у меня секса нет…
— Ясно. По рукам!
Ударив руками по столу, мы широко заулыбались, находясь в предвкушении исхода нашего пари.
— …так! Не знаю, что тут происходит, но чую что что-то интересное — вмешалась Олла, буквально материализовавшись из-под земли.
— Олла… ты чаво так пугаешь?.. ты ведь далеко была, чего услышать то могла?
— Я твою ухмыляющуюся рожу знаю, опять ставки на ерунду делаешь?
Посветив Оллу в детали нашего пари, та решила устроить тотализатор, и уже через тридцать минут весь зал был набит людьми.
Спустя ещё пол часа, Олла начала принимать ставки на общее время «перестановки мебели в номере». Малик спор уже выиграл и теперь спокойно сидел за дальним столиком харчевни. Наблюдая за резвой Оллой, принимающей ставки, Малик представлял, как Антон будет реагировать.
— Олла! — крикнул Малик — ставлю тридцать ту на то, что Рохан будет оглядываться, задавать глупые вопросы и с самого начала не поймет ничего…
— Принимаю! — выкрикнула в ответ Олла.
