Ничего не соображая из–за пелены перед глазами, Оливия закрыла глаза.
Подруга села и обняла её, выражая поддержку. Только чем она могла ей сейчас помочь?
Малаша сидела напротив, и по её щекам покатились слёзы от обиды на людскую злобу и зависть.
Она даже и не сомневалась в словах Дарьи. Никогда бы Тимофей не отказался от Оливии.
—Триединый! За что ты так с ними? — прошептали её губы.
Оливия была настолько поражена такими известиями, что ходила несколько дней, как чумная, на автомате делая дела, не чувствуя вкуса пищи, а ночами стонала от предательства людей и тоски по своему любимому.
—Ты поплачь, поплачь, — уговаривала её Малаша.
Только слёз у Оливии не было, — она походила на холодную льдину — без эмоций и чувств.
Быстро прошли дни, и наступил день свадьбы — даже день совпал тот же, что она с ним обговаривала.
Как ни уговаривала Малаша её не ходить на гулянку, но Оливия отрезала:
—Хочу посмотреть в её бесстыжие глаза и на него в последний раз.
Нарядившись, она заплела косу и, повязав платочек на плечи, вместе с Дуняшей направилась на чужое пиршество.
Столы ломились заставленные едой, и стояли, чуть ли за воротами двора.
Не поскупился староста, который позвал всю деревню отпраздновать долгожданный праздник, заполучив такого зятя — красивого и мастерового.
Да и дочка засиделась в невестах, — скоро двадцать стукнет!
Дарья с опаской посматривала на Оливию, но та вела себя спокойно, шутила, разговаривала со всеми.
Все знали, что увела Фроська у неё жениха, и в этот раз сочувствовавших было больше, — ни одна девушка не хотела бы оказаться на её месте.
И никто не знал, как ей сейчас тяжело, как холодеет её сердце, как стон и боль рвутся из груди, как хотелось ей убежать и спрятаться.
Но она здесь и сейчас, и хочет показать, что она и с этим справится, что она сильная, и никакой мужик не заставит её страдать!
Оливия стояла среди гостей, с улыбкой поглядывая на весёлых людей.
Вдруг все заволновались, засуетились, — это жених с невестой показались на крыльце дома.
Невеста в красивом, вышитом белом, платье с венком из цветов на голове, вся светилась от счастья, свысока поглядывая на остальных незамужних баб.
Всем своим видом будто говорила, что это она выходит замуж за самого красивого парня, а каким путём это ей удалось, её уже не волновало.
Она достигла своей цели!
Фрося обвела взглядом всех и нашла ту — свою соперницу, которой, как она считала, утёрла нос.
Она хотела увидеть её потерянной, сломленной, но увидела холодный насмешливый взгляд, от которого вздрогнула и постаралась побыстрее отвести глаза.
Почему–то слишком стыдно вдруг стало смотреть в глаза своей соперницы!
Не такую она хотела видеть её: красивую, спокойную, гордую и такую взрослую!
Прочитав в её взгляде вызов, она поняла, что своим поступком не сломила её, а наоборот, закалила.
И у неё даже появился страх, что Тимофей никогда не забудет свою любовь, а ей придётся выпрашивать его внимание.
Когда она решилась на такой поступок, то никого не слушала, думала, что совместная жизнь и одна постель сгладит всё, и он примирится и будет с ней.
А там детки пойдут, а они обязательно объединят их в одну семью.
И он простит её со временем. Он такой телок: мягкий и сговорчивый, а с её характером она будет крепко держать его в своих руках.
Тимофей стоял, и слабая улыбка блуждала по его лицу. Только вид его говорил, что он подавлен и не рад всему происходящему.
Хотя старался и расправить плечи, и поднять подбородок, но не укрылось от людей его обеспокоенный взгляд, который блуждал по толпе.
Он искал ту, единственную свою любовь, и, встретив её взгляд, полный боли, пошатнулся.
Потому что померкло в его глазах от сознания, что он потерял её на веки вечные.
А что он хотел увидеть в её глазах? Он и сам не мог ответить на этот вопрос.
Но эта боль полоснула его как острый нож по сердцу, и заживёт ли эта рана?— он не знал.
Шум, весёлый гам, весёлые голоса. Свадьба набирала оборот, и хмельные крики: «горько» неоднократно звучали со всех сторон, заставляя молодожёнов вставать из–за стола.
Жених торопливо целовал невесту в щёку, опуская глаза, и садился первым на скамью.
—Ишь, совестливый, — прошептала Дарья.
— На чужом несчастье своё счастье не построишь, — тихо ответила Оливия, но её слова слышали и другие, сидящие вокруг, с интересом поглядывая на несостоявшуюся невесту.
Тоскливо посмотрев на жениха с невестой, она налила себе вина и, выпив залпом, прокричала:
—Горько!
Тимофей и Фрося вздрогнули от её звонкого голоса, а остальные притихли, ожидая то ли скандала, то ли истерик со стороны Оливии.
—Ну да, ну да, что за свадьба без драки? — проворчала она, но вышла из–за стола и по–хулигански пропела, притоптывая ногой, подняв высоко подбородок:
Шла по речке по дощечки, Мне сказали: «Упадёшь! Замуж за кого хотела, За того не попадёшь!»
Эх…
Кабы знала, не ломала, Вишенку не вызревши, Кабы знала, не любила, Милого не вызнавши.
Эх….
Подружка моя, Жили с тобой дружно. Я любила, ты отбила — Ссориться не нужно!
Эх….
