Поговорив со Львом меньше минуты, я поспешила на улицу. Майский вышел из своей машины мне навстречу. Запечатлев на моих губах вкусный и долгий поцелуй, он заключил меня в нежные объятия и прошептал на ушко:
- Даша, я так соскучился.
- Я тоже, - ответил я. Лев прекратил меня обнимать и с довольно улыбкой сказал:
- Ты, как всегда, прекрасна.
- Спасибо, - ответила я, чувствуя румянец на щеках… Боже, Дашка, ты опять краснеешь? Рядом со Львом так всегда, пора бы привыкнуть. - Куда мы поедем?
- Сюрприз… Ты мне доверяешь?
- Доверяю, - ответила я чистую правду. Ведь я была уверена - этому мужчине можно доверять и возможно довериться, даже в самом сокровенном, личном. Интимном.
Мы сели в автомобиль, Майский завёл мотор, и мы тут же поспешили в неизвестном мне пока направлении.
Первые минут десять ехали молча. Я всматривалась в окно, пытаясь понять, куда держит путь мой писатель. Лев явно ехал в сторону пригорода, и когда мы выехали на трассу, я не удержалась и опять поинтересовалась:
- И все-таки, ответь мне, куда ты меня везешь?
Майский покосился на меня с прищуром, но ответил:
- В наш загородный дом.
- В загородный? - уточнила я, Лев кивнул. - И мы… там будем одни?
- И да, и нет, - ответил Лев, вновь покосившись на меня. - Там сейчас Лёня, мой брат, но вечером он уедет в командировку.
Я кивнула и, опять посмотрев в окно, задала вопрос, который раньше даже не приходил мне в голову:
- А где твои родители?
Лев помолчал несколько секунд, делая вид, что полностью сконцентрирован на дороге.
- Они умерли, - тихо ответил он.
- Извини, - стушевалась я и погладила его по плечу.
- Ничего, ты ж не знала, - он грустно улыбнулся и принялся рассказывать: - Я тогда жил заграницей. Мама тяжело болела, онкология… Лечение ей мало помогало, просто немного продлевало жизнь, дорогостоящие таблетки избавляли от мучительных болей…. Ей становилось хуже не столько физически, сколько эмоционально, болезнь жгла ее, мама это понимала… - Майский нахмурился, интенсивно заморгал. - Когда она умерла, отец не находил себе места… Ты когда-нибудь слышала такое выражение - “лебединая верность”? - спросил Лев, я кивнула. - Ну так вот она отца, можно сказать, и погубила, не смог он жить без мамы. В течение года перенес на ногах два инфаркта, а третий его убил.
- Соболезную… - произнесла я тихо. Лев посмотрел на меня, коснулся руки и сказал:
- Это было давно… Я рад, что у меня есть брат, - Лев улыбнулся и добавил: - Правда, его чрезмерная опека порой раздражает.
- Опекает – значит любит. Ты же тоже у него один из близких остался, - решилась я вступиться за Леонида. Лев, соглашаясь, кивнул и тут же задал аналогичный вопрос:
- А твои родители?
- Мои родители уже лет пять живут в области. Отец рано, по выслуге лет, ушел на пенсию, а вспомнив про дом, оставленный ему в наследство, решил уехать из города и заделаться фермером. Мама, как верная жена декабриста, последовала за ним. Сейчас она у меня заведующая местным почтовым отделением. Оба счастливы и довольны.
- Это здорово, что счастливы. Ты часто у них бываешь?
- Стараюсь, - пожала я плечами.
- Про близких нельзя забывать… Хочешь, мы можем к ним съездить в следующие выходные? - предложил вдруг Лев.
- Было бы здорово, - ответила я с улыбкой.
Да, Лев прав, про близких нельзя забывать. Особенно это понимаешь, слыша такие грустные истории про родных, как у Льва. Надо съездить, Дашка. Вот в следующие выходные… Которые у тебя теперь полностью свободны.
Тут Майский свернул с асфальтированной на проселочную, но вполне добротную дорогу. Здесь находился частный сектор, чем-то похожий на тот, где находилось здание клуба “Трёх масок”… Дашка! Когда ж ты прекратишь вспоминать про этот клуб? Решила – забудь, наконец!
Вскоре мы тормозили у металлических ворот с вычурной ковкой. Лев вышел из автомобиля, распахнул ворота. Потом вернулся в машину, и мы заехали на просторный и ухоженный участок.
Я покинула автомобиль и как следует огляделась. Дом был не то что огромным, но явно большим для двоих братьев. В таких домах, как мне кажется, должны жить большие семьи с кучей детишек. А как я поняла, во время празднования дня рождения Сережи, друга Льва, у Леонида ни жены, ни детей пока нет. А кто же ухаживает за таким участком? Ровный постриженный газон, красивые клумбы, “живая” изгородь…. Ух, Дашка, ты прямо какая-то отсталая от жизни, есть же и ландшафтные дизайнеры, и садовников еще никто не отменял. А может, и сам Леонид любит повозиться в земле на досуге.
Лев подошёл ко мне и, взяв за руку, повёл к крыльцу. Мы поднялись по ступенькам и оказались у массивной деревянной двери с резными наличниками. Лев протянулся к ручке, нажал, и дверь тут же открылась.
