-Тебя ищут, - прохрипел он, не отрываясь от моих губ. В этот момент я услышала отдаленные крики, что эхом отражались от деревьев и едва долетали до моего сознания. Множество голосов выкрикивали мое имя, будто шипение змей.
-Останься, - пробормотала я. Лео уже выпутывался из моих рук, мягко, но настойчиво. Когда мои пальцы перестали быть для него барьером, я попробовала установить ту мысленную связь, что появилась во время поцелуя, но ничего не вышло.
-Не смей оставлять меня... - шептала я, вглядываясь в кромешную тьму. И он ушел, так и не сказав ни слова. Голоса приближались, шипели все отчетливее: «Где эта гадкая девчонка?», это кажется мистер Бруно. Неужто сам подался на мои поиски? Вот это честь!
-Она здесь! - завопил тонкий женский голосок. Я упорно пробовала слиться с деревом, но женщина визжала все громче и громче.
Из-за деревьев выскочил неповоротливый толстый силуэт и, перебирая короткими ножками, помчался в мою сторону.
-Вот вы где, юная мисс! Разве вы не должны были вернуться домой сразу же после приема у психолога?
-Правда? Наверное, я плохо расслышала, - с этими словами я встала и начала отряхиваться. Пыль летела в разные стороны и мистер Бруно не удержался и чихнул.
-Вам следует помыться, миссис Ребеллиус... Апчхи...
-Вот дома сейчас и помоюсь, - я повернулась и пошла в сторону моста. Жесткая рука больно упала на плечо, заставляя остановиться.
-Что-то не так? - изумленно спросила я.
-Вы идете не в ту сторону, - пропыхтел мужчина.
-Но мой дом там, - возразила я, показывая рукой в сторону выхода из парка. Даже в темноте было видно как он покраснел от злости.
-Отставить! Теперь ты живешь в детском доме! - я резко сбила его руку с плеча, а потом плюнула, угодив прямо в разъяренное лицо.
Минута, удар и резкая боль в животе. Я четко почувствовала как лопаются еще не зажившие швы и согнулась пополам.
-Похоже мама не воспитала тебя. Ничего... - приговаривал он, вытаскивая меня за собой, больно вцепившись в волосы, - Ничего... Мы тебя научим...
18.
-Сколько бы вы не спрашивали, ничего не изменится: я шла домой, чтобы забрать вещи и на меня кто-то напал.
-Как он выглядел? Может ты запомнила что-то особенное? - шериф Дорт стискивал зубы, пытаясь выжать из меня правду.
-Было темно. Я ничего не видела. А теперь уходите, я хочу спать, - жестко разделяя слова по слогам, процедила я.
Шериф не верит мне и правильно делает, да только я никому не скажу, что меня избил мистер Бруно, толстый потный дядька, заместитель директора детского дома «Надежда» и ответственный за воспитательную работу, проведенную с детьми. Жизнь здесь не будет сладкой, это уже и так понятно, но зачем же все усложнять?
Швы действительно лопнули и я едва не заработала повторный перитонит. Доктор Шварц с добродушной улыбкой вновь заботится обо мне, будто забыв мою маленькую шалость. Про синяки и ссадины по всему телу можно не упоминать, так как особой опасности они не представляют.
-Вита, если что нибудь вспомнишь, обязательно позвони мне, - серьезным, проникновенным голосом настоящего полицейского проговорил шериф, прежде чем выйти из палаты.
-Я не позвоню, - пробормотала я, когда дверь закрылась. Из окна пахнуло свежестью летнего дождя и мне невыносимо захотелось выйти на улицу, но, увы, доктор запретил вставать.
Еще несколько дней спокойного существования в стенах городской больницы — это лучшее, что я могу представить себе в нынешней исковерканной жизни. В голову закралась мысль: Может, все время попадать в передряги, чтобы меня вообще никогда не выписывали? Невыносимо... Как все изменилось за последний месяц... Если Писатели Судеб действительно существуют, то мне достался самый извращенный. Он, как веревку, скручивает мою жизнь в узлы, от чего она укорачивается все больше и больше. Мой мозг взорвется, расплавится и перестанет думать, а сердце покроется толстым алмазным слоем, чтобы перестать чувствовать. Не думать и не чувствовать — мечта любого душевно искалеченного и я не исключение. И почему я не удивлена, что сумасшедший человек-ягуар, что живет на земле тысячу лет, который хочет прикоснуться к неприкасаемому, выбрал именно меня? Все понятно. Потому что я оказалась не в то время не в том месте... Ну и еще Писатель Судеб с извращенной фантазией... Чтобы жить и дышать достаточно всего одной мысли: ночью он придет, обязательно придет.
