-Отец, я не прошу твоего разрешения, я ставлю тебя в известность. Можешь все мои дела свалить на брата, и продолжать свои изыскания...
Прикусываю язык. Чтобы не наговорить лишнего. Я раздражена, и множество обидных, возможно, несправедливых слов крутятся сейчас в голове. Пусть там и останутся, невысказанными.
-Ты действительно этого хочешь?
-На данный момент. Это то, что я хочу.
-Август-Ники справится?
-Нет.
Отец смеется. Мой маленький бунт его веселит.
-В конце, концов, не важно где прячется кукловод, если куклы исправно двигаются. Так?
Я пытаюсь понять его последнее замечание и в голову приходит вопрос: "А он действительно в своей башне исследует "предмет метафизики"? Или прячась в тени, дергает нас за веревочки? Кукловод, значит?".
-Ники, у нас все получится, все будет очень хорошо,- говорит он, словно я нуждаюсь в этих словах,- Мы справимся! Это наш долг.
Я качаю головой. Мы справимся, я справлюсь, несомненно, какой ценой лишь?
Слезы высохли, пора возвращаться.
И я отвечаю, не королю, не отцу, себе! Что не отказываюсь от долга, а желаю свободы самой выбирать в чем будет он заключаться!
Маркиза Бьюи отправляю принцу вместо себя. Какая разница, кто стоит за его спиной на приемах и встречах? Мне всегда удавалось, оставаясь в тени брата, быть в курсе событий, анализировать ситуацию и давать верные советы. Хм... нужные. А учил меня этому именно маркиз. Которого, в свое время, приставил ко мне отец. Кто кого дергает за ниточки, призадумаешься невольно.
Рика из пажей произвожу в курьеры по особым поручениям. И первое время гоняю во дворец за необходимыми мне вещами. Но до того плохо доходит в чем нуждается августейшая особа, и вместе с гардеробом и прочим барахлом тащит кипы бумаг. Я со счастливейшей из своих улыбок, засаживаю его за работу. А сама тренируюсь. Мастер боя не упрекает меня за плохую форму. Сначала мягко подсказывает, потом жестко вколачивает, и после халтурных попыток отразить удары, тело кое-что вспоминает. В итоге я наслаждаюсь расквашенным носом. А братец, как всегда не вовремя нагрянувший, обкладывает мне переносицу льдом, а в ноги кидает грелку.
-Если бы не знал тебя так хорошо, то решил бы, что ты готовишься к бою.
-Давно здесь?
-Ники,- тянет он жалобно,- Я тоже не хочу наследовать. Но я же не убегаю.
-И я не убегаю, решила потренироваться. Сам видишь - я в отвратительной форме.
-Тренироваться можно и во дворце?
Приятная легкость в теле. И тяжесть на языке.
-Отец просил поговорить с тобой.
-О чем?
-Тревожится за тебя, но не объясняет причину. Вы с ним не ссорились?
-Не больше, чем обычно.
-Ты что-то задумала?
-И да, и нет. Ничего такого, из-за чего стоит беспокоиться. У тебя весьма здравомыслящая сестра.
-Это тоже может быть поводом для тревоги.
Разговор провисает как намокшая шерстяная нить.
-Ты ведь не бросаешь меня? Я не готов остаться один на один со всем этим.
-Ты не один,- подаю мысль,- Королевская печать в руках Канцлера.
И веревочки которыми ты связан, держат крепче любых канатов...
С баронессой, уже вечером, мы пьем херес, поминальное вино, оставшееся после погребения матери. Медленно смакуем, ожидая сумерек. "В Адалии закаты красивее",- утверждает она, я же не вижу разницы. А ее сейчас воздух отечества пьянит больше вина.
-Взрывчатый порошок - изобретение гномов,- говорит Агнес,- Насколько я знаю, они его пытались использовать для своих нужд, но он оказался нестабилен. Или не взрывался вовсе, или приносил чрезмерные разрушения.
Наш разговор то и дело возвращается к герцогству.
-Из четырех корпусов Школы Магии был разрушен один, практически полностью. Тот, где размещался портал. Кто-то доработал гномово изобретение и успешно им пользуется.
-Гномы далеко, под эльфами.
-А взрывается близко.
-Пора навестить герцога и задать ему парочку вопросов?
-Много вопросов. Когда он позовет тебя?
-Увы,- баронесса вздыхает, изображая печаль,- Он так занят, так сожалеет. Но приглашение у меня есть:"Летний бал цветов".
Смеюсь, не выдержав.
-Бал-маскарад,- уточняет баронесса.
Что еще больше меня веселит.
-Я заказала себе платье.
-Р-р-о-о-зочка?
-Да, угадала. Царица цветов.
Когда хохот стихает чуть и переходит, она добивает:
-А тебе закажем платье "Ромашка". Девочка-ромашка, золотые кудряшки и белоснежные лепестки.
Что-то чрезмерно на холсте моей жизни становится цветочных мотивов.
-Я даже придумала как тебя отрекомендовать. У барона воспитанница, дальняя родственница, сиротка. Никто ее не видел, тебя смело можно представить ее именем. И зовут ее именно - Ромашка.
-А где она спрятана, что никто не видел?
-В приюте, барон оплачивает ее пансион.
Я ведь тоже - наполовину сирота.
-Держать ребенка в приюте - это нормально?
-Так барон решил. Люди...- только и ответила.
Люди. Да уж.
Закат оказывается смазанным из-за нежданных туч на небе, но очередная порция хереса утешает Агнес, а меня вдохновляет на созидание.
