Я держу тебя полностью

Знаю ли я, что это, скорее всего, не очень хорошая идея? ДА. Правильно ли я понимаю, что для Шейна поцелуи будут просто поцелуями? Да. Хочу ли я большего? Ещё одно большое и решительное ДА. Поэтому я лежу совершенно неподвижно, принимая всё, что могу, пока его пальцы нежно скользят по моему лицу. Я хочу прижаться к ним. Я хочу придвинуться ближе, найти его губы и позволить своим рукам блуждать по всем мышцам под тонким слоем хлопка. Я хочу не торопиться и, наконец, познать глубины Шейна, которые, как я знаю, существуют, но остаются полностью закрытыми.

Я едва сдерживаю стон, ловя его прежде, чем он вырвется наружу.

— Мэгги. Хей, — рука Шейна убирается с моего лица и обхватывает моё плечо. — Мэгги.

Я скулю, переворачиваясь на другой бок, желая, чтобы он вернулся к тому, что делал, и ко многому другому. Я бы даже позволила ему сидеть и читать мне, как это было в те ночи, когда он был дома, вместо того чтобы вставать.

— Что? Я не хочу вставать. Слишком много дел, — я переворачиваюсь на спину и смотрю в потолок, на поток света, проникающий сквозь щель в занавесках. Шейн вытягивает руки. Его подобны шедевру. Прекрасно.

Я кладу руку на лоб. Я серьезно должна взять это под контроль, и быстро. Мы просто женаты.

— Ты готов к сегодняшнему дню, здоровяк? Надеюсь, у нас достаточно еды. Я ставлю десятку на то, что Хэнк приведет с собой домой парней, когда они вернутся с игры.

— Думаешь? Разве соседская девушка не придет? Он сказал, что она помогала ему с какими — то футбольными трюком.

— Сэди?

— Ага.

Ворчливый утренний голос Шейна чертовски сексуален и не помогает мне оставаться на своей половине кровати.

— Он такой же, как другие, и увидит её только тогда, когда будет уже слишком поздно. Кроме того, я пригласила её отца.

Большая голова Шейна поворачивается в мою сторону.

— Её отца?

— Да. Он холост, хорош собой и пару раз помог мне выбраться из затруднительного положения.

Он хмыкает.

— Отлично.

Я украдкой смотрю на него из — под руки.

— Гризли.

— Что?

Я хихикаю.

В тусклом свете я могу разглядеть его задумчивое лицо, отчего мне хочется подразнить его ещё больше. Я натягиваю простыню на рот, чтобы скрыть улыбку, и переворачиваюсь на бок, чтобы лучше видеть его, а он делает вид, что не замечает меня.

— Ты же знаешь, что я замужем, верно? Я могу пригласить горячего папочку из соседнего дома на День Благодарения, когда мой муж будет здесь. Мой молодой, гораздо более сильный, совершенно занудный по натуре, большой медведь — муж. Здесь нет никакого подтекста, — я пытаюсь сказать это с невозмутимым видом, но у меня ничего не получается. Он стонет, но я чувствую, что ему тоже хочется улыбнуться.

— Я, однако, спросила его в надежде, что Симоне это может быть интересно, потому что он милый и намного интереснее, чем тот придурок, с которым она только что рассталась. После свадьбы Кармен она наконец — то увидела свет.

— Отлично. Ты теперь сваха?

Я усмехаюсь.

— Нет, просто помещаю двух людей в одну комнату. Мы с тобой посидим и посмотрим, что получится. У этого человека есть глаза. Симона великолепна, и ей нужно держаться подальше от неудачников.

Шейн зевает.

— Я не смотрю ничего, кроме игры.

Я перекатываюсь на живот и приподнимаюсь на локтях.

— Шейн, ты будешь смотреть каждое дерьмовое шоу, которое будет идти сегодня, включая мыльную оперу с Симоной и Тоддом.

— Тодд? Похоже, он такой же скучный, как и предыдущий парень. Дай угадаю. Он бухгалтер?

Я толкаю его, но он не двигается ни на дюйм.

— Послушай. Просто надень сегодня свои счастливые штаны. Я не утверждаю, что знаю, как приготовить ужин на День Благодарения, но каким — то образом нам всегда удается что — нибудь съесть. Праздник обещает быть веселым и насыщенным. Будут разные розыгрыши, и я протащу твою задницу через всё это. Я понятия не имею, на что был похож твой День Благодарения, но седлай лошадей и готовься к поездке.

Он садится и смотрит на меня.

— Светлячок, ты смешная.

Я ухмыляюсь.

— Я никогда не отрицала этого. А теперь одевайся, чтобы помочь мне решить, что делать с этой гигантской индейкой, прежде чем кому — нибудь из нас придется отвозить Хэнка в школу.

— Может, тебе стоит позвонить Тодду, сексуальному папочке из соседнего дома. Держу пари, он был бы рад помочь.

Я бью его подушкой.

— Ревность тебе не к лицу.

— Я не ревную, — заявляет он, встречаясь со мной взглядом. — Я точно знаю, где ты спишь по ночам.

О, правда. Внезапно кажется, что в комнате на тысячу градусов жарче и она намного меньше обычного. Так много мыслей проносится у меня в голове с молниеносной скоростью, которые не имеют ничего общего со сном. Я заставляю себя отвести взгляд.

— Я собираюсь быстро принять душ. Пожалуйста, помоги мне с индейкой.

— Хорошо, — его голос низкий и напряженный, и я бы всё отдала, чтобы точно знать, что происходит у него в голове

∞∞∞

— Ты хочешь, чтобы я засунул туда руку?