– Ну, это, поньмаешь, какое-то беспризорье… – оценивает Губошлёп прочитанное. – Не типичное для социализма явление…
– Не типичное?! – возмущается Лиза. – Да я своими глазами видела, как его били. Мальчишка совсем…
– Ты же сама говоришь: «Не попадайсь!» – Кто-то, за спиною Лизы, поддакивает руководителю.
– Жрать захочешь – слямзишь. По себе знаю…
– Воровала, что ли?!
– И воровала, и колотили…
Тот же голос ехидничает:
– И материлась?!
– А што? Послушать хочешь? – с вызовом спрашивает Лиза, не оборачиваясь: – Могу!
Но Губошлёп торопится остановить её:
– Этого ещё не хватало! От тебя всего можно ожидать…
На что Лиза отрезает сквозь зубы:
– Подумать, так вы все тут – паиньки…
– Да успокойся ты! – останавливает её кто-то. – Лучше прочти ещё чего-нибудь.
Лизу уговаривать не нужно. Читает, тут же забывая размолвку:
Ни шороха в студии! Молчание!
Лиза не может понять: что это – успех, провал?
– Ещё почитай, – слышен непонятно чей шёпот. Она продолжает с безысходностью:
– Ух ты! – восклицает кто-то.
А у Лизы, после заново пережитых строк, душа просит одиночества. Она стремительно покидает студию.
Блуждающей по улицам, ею не ощущается дорога. Ей хорошо! Никто не хвалит и не судит… Нет Губошлёпова слоблудия…
В одиночестве она общается с Творцом, имя которому Слово! Оно сводит воедино образа и образы, мечты и грёзы… Открывает заново ей одной подаренную жизнь. Всё иное – плывёт стороной; не смешивается с её сущностью… А время замирает на страже её уединения…
Но вдруг оно срывается, чтобы догнать самого себя, и предъявляет ей среди улицы Губошлёпа.
Со своим тошнотным причмокиванием он желает поговорить с нею…
– Поньмаешь, какие у тебя были бы перспективы, если бы ты описала в стихах завод, знаменитый на всю страну «Сибсельмаш»! Это же – сорок тысяч рабочих! Это же сеялки! Сенокосилки!..
– Жатки! – дополняет Лиза. – А ещё болванки для снарядов, а ещё станки времён царя Гороха, а ещё конвейерная покраска – без вытяжки…
– А ещё, – наперекор ей продолжает перечислять Губошлёп, – публикация в газетах, журналах… А ещё – бесплатные дома отдыха… А там – Союз писателей, где командировки в любой конец Союза…
– За счёт фейерверка?! – нарочито удивляется Лиза.
Но Губошлёп её не слышит. Он излагает задуманное:
– Бесплатные путёвки, Дома творчества, выступления, встречи…
– И всё это – за фейерверк? – стоит на своём Лиза.
