Кроме того, в его кабине мог разместиться ещё один человек, для которого за креслами пилотов было создано дополнительное место со своим дисплеем.
Так как туша «птерозавра» (восемнадцать метров – длина, восемь – ширина по подвескам, три – максимальная ширина корпуса, высота с колёсами – четыре с половиной метра) была обработана специальным составом – слоем «холодной плазмы», меняющей угол отражения световых лучей, – это уменьшало силуэт до степени практической невидимости на дальности свыше трёхсот метров, потому увидеть машину, по уверениям учёных, было очень трудно. Впрочем, испытания показали, что эффект вполне достижим. А против ракет она имела опять-таки управляемый компьютером комплекс РЭБ, воздействующий на электронику ракет, а также комплекс активной защиты класса «аэроафганит», сбивающий ракеты в автоматическом режиме.
Вертолёт выкатили из капонира, в котором он прятался весь день, Тарас забрался в кабину «птерозавра» вслед за пилотами, нацепил шлем и включил аппаратуру своего гнезда.
Через час «птерозавр» вернулся. Бойцы бросились к вертолёту, винты которого издавали слитный гул-шелест. Пилоты загнали машину в капонир, и Тарас вылез, невозмутимо стаскивая с головы шлем.
– Не слишком-то он и бесшумен, – проворчал Шалва.
– Это зависит от режима работы двигателя, – ревниво отозвался первый пилот «птерозавра» майор Благой. – Звук винтов на скорости выше двухсот становится неслышен.
– Тогда ладно.
– Рассказывай, командир, – сказал Миша Ларин, – как тебе эта динозаврина?
– Высший класс! – поднял большой палец Тарас.
В покинутом жителями деревни доме, где разместились бойцы Лобова, они намеревались долго расспрашивать его о впечатлениях, о работе пилотов, о параметрах «вертушки», и ему пришлось ответить на десяток вопросов, прежде чем Снежана увела мужа в хатку, выделенную женатым. Вернулись они туда уже в четвёртом часу ночи…
– Вставай, лежебока! – сказала она, сдёргивая с него простыню. – Уже полвосьмого, давно пора вставать.
– Кофе в постель, – пробормотал он, не открывая глаз.
Снежана со смехом обрызгала мужа водой из фляги, пришлось подниматься.
В половине девятого они позавтракали в полевой столовой, накрытой маскировочными сетями. Солнце уже вскарабкалось на небо, но жара ещё не наступила, да и утренний ветерок пока ещё обвевал лица приятным холодком.
В начале десятого собрались в капонире на инструктаж, а в десять часов к ним заявился Шелест в сопровождении командиров группы РОВ.
– Смирно! – скомандовал Тарас.
Бойцы послушно вытянулись, поедая глазами начальство.
Шелест оценил их взгляды и отменил приказ:
– Вольно! Есть вопросы по технике?
– Один, – сказал Штопор.
Тарас недовольно посмотрел на него, однако Шелест не дал ему возможности остановить лейтенанта.
– Слушаю.
– Когда нам тоже дадут таких динозавриков?
Спутники Шелеста озадаченно посмотрели на преувеличенно серьёзное лицо Шалвы.
– Не понял, – произнёс Матоличев.
– Мы должны охранять «вертушку» и сопровождать её на задание, так?
– Ну?
– Как же мы будем сопровождать, если в кабину может влезть только командир? Миссия-то у нас бесогонская, то есть секретная, и другие «вертушки» своим грохотом просто демаскируют нашу. Нам дадут такие?
– О сопровождении речь не идёт.
– Тогда зачем мы нужны?
– Охранять машину на земле.
– Для этого достаточно КБО[4]. А мы спецы по диверсу.
– Для вас тоже найдётся работа, – сказал Шелест, – кроме охраны «Бесогона». Об этом поговорим отдельно. Если больше нет вопросов, капитан, отпустите бойцов.
– Пэша, – проговорил Тарас, вскинув вверх растопыренную ладонь.
Трое бесогоновцев, козырнув, направились к выходу из капонира.
– Что за жаргон? – поинтересовался Волынский, проводив их глазами. – Пеша?
– Подготовка штатная, – ответил Тарас. – Оперативный сленг.
– Теперь о задании, – сказал Шелест. – Сегодня у нас почин, и провожаю вас я, но с завтрашнего дня будете получать вводные от полковника Матоличева.
Полковник посмотрел на него исподлобья.
Тарас кивнул.
– По данным разведки, – продолжил Шелест, – под Одессой под руководством британских спецов развёрнута лаборатория, вывезенная с украинского атомного полигона. Радиоактивный материал она ещё не получила, но им займутся другие наши парни, а ваша задача – точно поразить место дислокации британцев и саму лабораторию, спрятанную на глубине двадцати метров.
– Мы уже грохнули одну такую, – сказал Шалва. – Под Краматорском.
– К сожалению, это СРУ не остановило. В связи с чем назрела необходимость устранения господина Болданова, командира СРУ.
Тарас промолчал. Потом, видя, что Шелест смотрит на него, ожидая реплик, сказал:
– Локализация местонахождения цели должна быть исключительно точной, до метра.
– Выслушай.
– Это к тому, что я могу дойти туда своим кюар-ходом и установить маячок.
– Ещё не раз придётся поступать таким образом, но разведка обещала к вечеру дать суперточные координаты бункера, и твой кюар-поход не потребуется.
– Понял.
