Пойдя в школу, я начала понемногу привязываться к папе. Всякий раз, когда он приезжал домой, я приставала к нему со всякими вопросами. Меня притягивало все, что он рассказывал, все казалось интересным и увлекательным. Он знал наизусть много древних стихов, а чтобы я могла прочувствовать всю их прелесть, рисовал картинки. К примеру, я помню такую строчку: «Вершину пагоды сокрыли облака, / Мост под дождем поперек разрезал лодку». Тогда в моей голове никак не укладывалось, каким же образом мост мог разрезать лодку? Но сами строки казались мне красивыми, они будто сами ложились на язык. Из разговоров с папой я узнала много чего удивительного: например, что Солнце, Луну и еще пять планет – Меркурий, Венеру, Марс, Юпитер и Сатурн – древние китайцы объединили в словосочетание «семь светил»; что небо, земля и человек именуются тремя началами; что слово «вихрь» состоит из иероглифов, буквально означающих «бараний рог»; что молния образно называется «кнут Грома»; что Бога-громовержца зовут Люйлин, а богиню, которая правит его колесницей, – Асян…
Больше всего мне нравилось, как папа учил меня стихотворному ритму, – «где туча, там дождь, где снег, там ветер, закат всегда дружит с рассветом», «гуси прилетают, ласточки улетают, птицы спят, насекомые трещат», «длинный меч супротив тяжелого лука, горы на севере, реки на востоке», «утром в путь-дорогу гость в летах спешит, под моросью в плаще старик в тиши удит»; последние две строчки папа просто обожал – читая их нараспев, он всегда восклицал: «Здорово, здорово!»
Иногда мне хотелось, чтобы к нашим занятиям присоединилась и мама, но она лишь смеялась: «Не думай, что папа такой одаренный, он просто жульничает, зная, что тебя легко провести».
Позже я узнала, что у нас дома сохранилось несколько детских книжек в старинном переплете. Обнаружив этот клад, папа сперва «готовился к уроку», а потом уж приходил поболтать со мной.
Мне захотелось почитать эти книжки самой.
Но мама объяснила:
– Все самое интересное папа тебе уже рассказал. Современным детям такие книжки не подходят. Если уж очень хочется, лучше прочесть их, когда пойдешь в школу.
Маме тоже нравилось читать что-нибудь развлекательное, она любила китайские и иностранные рассказы. Но поскольку она очень ценила время, то основные силы отдавала чтению медицинской литературы.
Позже, когда я стала бывать в гостях у одноклассников, я поняла, что далеко не у всех имеется такой прекрасный дом, некоторые жили в столь стесненных условиях, что я и не знала, как поступить – ведь мне тоже хотелось приглашать к себе ребят.
Я спросила об этом маму.
– Если я никого ни разу не позову к себе домой, то никаких отношений у меня с ребятами не сложится.
Маму эта проблема тоже поставила в тупик.
Она долго думала и наконец предложила такой вариант:
– И правда нехорошо, если ты ни разу никого не примешь в гостях. Давай сделаем так: выбери какое-нибудь воскресенье и скажи мне заранее, сколько придет человек. Сперва я проведу медосмотр, а потом ты предложишь ребятам посмотреть книжки с картинками, тогда они не будут особо разглядывать наш дом. А еще ты должна будешь заранее им сказать, что часть наших комнат принадлежит сестринской школе, поэтому мы в них не живем.
Разве это не ложь? У меня появились сомнения, но возражать я не стала.
В одно из воскресений, когда ко мне пришли одноклассники, папа тоже находился дома. Как и мама, он облачился в белый халат и выступил в роли ее помощника.
У каждого из ребят мама проверила зрение, зубы, уши, горло, нос, у каждого с помощью стетоскопа прослушала сердце, а нескольким даже выдала лекарства.
Закончив с медосмотром, она провела урок по личной гигиене.
Потом она вместе с папой куда-то ушла, поручив дальнейший прием гостей бабушке Юй.
Незадолго до этого у кошки, которую подобрала на улице бабушка Юй, родился целый выводок, так что все внимание одноклассников заняли котята.
Вдруг один мальчик помимо своей воли выпалил:
– Какой у вас замечательный дом! Вот бы и мне такой.
Несколько ребят тут же повернулись ко мне, ожидая реакции, по которой можно было бы судить, свой я человек или нет. Позже, наблюдая подобную сцену в фильмах, я вспоминала слова этого мальчика, и у меня тут же начинало щемить сердце. Хотя здесь я говорю про себя как про взрослую, на самом-то деле тогда я была третьеклашкой, и ребята относились ко мне превосходно. Думаю, такое стало возможным благодаря трагедии, и трагедия эта касалась не только моих одноклассников, но и меня, поскольку впервые в жизни я солгала.
Причем солгала еще ужаснее, чем предлагала мама, можно сказать, что это было «вранье до небес», а еще для таких случаев подходит выражение «несусветная чушь».
А сказала я буквально следующее:
– Нам временно разрешила здесь пожить сестринская школа, а так у нашей семьи своего дома пока нет!
– Да-да, пока нет. Как бы хорошо тут ни было, а дом-то ведь не наш, очень жаль, – помогла мне выкрутиться бабушка Юй.
В это время одна девочка перевела разговор на другую тему:
– Нехорошо сравнивать, кто как живет, пусть лучше Ваньчжи покажет нам книжки с картинками!