Пока я училась в школе, то не знала отказа в деньгах и ни в чем не испытывала недостатка. Выражаясь иначе, будучи школьницей небольшого городка, которая еще не успела повидать мир, я могла получить практически любую вещь, если она не была из мира фантазий и уже где-то производилась. При этом никакой одержимостью к приобретениям я не страдала. Частенько какие-то вещи, о которых я даже и думать не думала, мне дарили дяди и тети, точнее, папины и мамины подчиненные, коллеги и друзья. Среди таких подарков были игровая приставка, корейская косметика и привезенные из Гонконга первоклассные электронные часы. Сказать по правде, ко всему этому я относилась спокойно.
Поскольку папа стал жить дома, гостей у нас постепенно прибавилось, причем настолько, что я уже не могла различить кто есть кто, поэтому вместо того, чтобы вспоминать, как кого зовут, обращалась ко всем одинаково – «дядя» или «тетя». Только по манере разговора я могла угадать, кто из гостей являлся коллегами, кто – друзьями, а кто – просто подчиненными. Со временем мне стало казаться, что такое разделение бессмысленно, поэтому гадать кто есть кто я и вовсе перестала.
Всякого добра в нашем доме тоже прибавилось – что-то из него относилось к разряду подношений, считавшихся обязательными во время первых визитов, что-то дарилось на Новый год, что-то – на дни рождения. Как говорится, если кто-то хочет сделать подарок, найти причину можно всегда; думаю, помешать такому не в силах даже специально обученный человек. Все эти подарки вручались настолько искренне, что отказаться от них родители были бессильны. Чаще всего нам дарили сигареты, алкоголь и чай; после ухода очередного гостя родители начинали обсуждать, кому бы все это передарить. В свое время папа даже прилюдно объявил, что бросил курить, но сигареты ему дарить так и не перестали. Беговую дорожку, гимнастический тренажер, массажное кресло мама передала в сестринскую школу для общего пользования преподавателей и студентов; кондиционер и вентилятор папа отвез в прорабку на стройплощадку.
В те годы никакого регламента из восьми пунктов[27] не существовало, принятие любых подношений, кроме денег, никаким разложением не считалось. На местах не было разграничений между тем, что считать разложением, а что – нормальными человеческими отношениями.
Помню, как сокрушалась мама, когда ей вручали первосортные шелковые одеяла и подушки, а даривший их человек, не принимая отказа, увещевал, мол, надо менять постель по сезону.
Тогда мама беспомощно вопрошала: «Что же это делается? Как мне с этим быть?»
Иной раз на новогодние праздники наша кладовая под завязку наполнялась всякого рода продуктами, которые уже не было возможности кому-то передарить.
Гуйчжоу – это провинция, которая славится большим разнообразием даров природы. Круглый год на здешних рынках не переводятся всевозможные фрукты. Я была настолько пресыщена фруктами, что один лишь их вид вызывал у меня неприятную отрыжку. Став взрослой, я часто вспоминаю Чжан Цзягуя – того самого мужчину, который мечтал о том, чтобы у его детей не текли слюнки при виде фруктов и который в итоге попал в тюрьму, так и не став моим зятем.
В связи с этим мне часто приходит на ум слово «судьба».
Неужели такова была судьба Чжан Цзягуя и моей старшей сестры?
Мама-директор считала, что у каждого человека есть три судьбы – за одну судьбу отвечают родители, она зависит от семьи, набора генов, ее называют наследственной; другую судьбу формирует жизненный опыт, ее называют фактической. Схожим понятием является жизненный удел, он объединяет в себе такие слова, как «жизнь» и «судьба», и раскрывает отношение человека к истине и лжи. Третью судьбу формирует культура, такую судьбу называют личностным ростом.
Мама говорила, что слово «культура», которое, по сути, является сокращением выражения «стать человеком с помощью книг», указывает не только на багаж знаний. К примеру, есть такие пословицы: «Тот, кто близок к киновари, – красен, кто близок к туши – черен» или «Схожие вещи собираются вместе, человек стремится к себе подобным». Все они говорят о зависимости людей друг от друга и в некотором смысле – о зависимости человека от культуры. Некоторые люди, даже несмотря на образованность, в плане культуры производят удручающее впечатление. Другие же – наоборот, пусть и не слишком образованы, заслуживают уважения и могут стать прекрасными друзьями. Поскольку культура входит в жизнь каждого из нас, такие люди, впитывая все самое лучшее, благодаря своей фактической судьбе могут значительно улучшить свои качества. Хорошие качества, которые проявляются в простых людях, достойны большого уважения. Это благо не только для людей, но и для всей страны…
Не знаю почему, но в тот день мама-директор напоминала героиню средневековой пьесы «Как Третья госпожа воспитывала своего сына». Не в силах остановиться, она говорила без умолку, будто хотела влить в меня разом все свои мысли касательно того, что именно делает человека человеком и какие качества для этого необходимы.