– Цивилизация давно пошла вперед, Багиров. Это только вы, как мамонты, живете в пещерном веке. И по вашим пещерным традициям. Поговорил с Санниковым. А он… В общем, если где-то есть любой ноут или комп или включенный телефон, Санников легко туда проникнет. Все увидит и услышит. Как раз на разговор твой с Гудимовым попал. Сразу место засекли. Вот и подъехал.
– Нормальные люди для этого звонят, Градов. Не в курсе? А не пробивают через самого крутого технолога мира. Есть пути попроще. Зато я уверен. МОЯ женщина догадалась, что перед ней не я раньше, чем твоя! Ну что? Я прав? Прав, Градов! Когда она поняла?
– Почти сразу, – сдается, а я ухмыляюсь.
То-то же!
МОЯ Никкка не могла ошибиться!
– И между прочим, чуть глаза мне не выцарапала! Хотя.. Хрен знает! Может, потому и выцарапать хотела, что тебя во мне признала?
– Просто рожа у тебя мерзкая, – хмыкаю.
– А у тебя женщина совсем не ваших раскладов, да, Арман? Как же это ваше? Тихая? Покорная? Чтоб глаз на мужчину поднять не смела? А она глаза выцарапывает! Это тебе наказание, Багиров! Дикая кошка вместо домашнего тапочка в виде женщины!
– Да…
Шепчу, сладко улыбаясь.
И снова тону в огромных зеленых глазах.
– Мое… Мое наказание… Моя дикая кошка… Мне с таким наказание никаких наград не надо! Каждую минуту себя наказывать готов!
– Ты мне объяснишь, что между вами происходит?
Бормочет, хлопая глазами. Переводя взгляд то на него, то на меня.
– Объясню, Никкка. Потом. Потом все.
Прижимаюсь.
Жадно дышу.
До сих пор не верю, что сжимаю ее руками. Что все позади…
– Люблю…
Шепчу новое, странное для себя слово, зарываясь руками в ее волосы.
– Люблю так, что крышу сносит… Никкккка.
– Арман!
Ее губы уже рядом.
И вдруг глаза становятся огромными, как два блюдца.
А пальцы почти до боли впиваются в мои плечи.
Резко разворачиваюсь. Почти швыряя ее в машину.
Блядь. Выстрела в спину я не ожидал!
Выхватываю ствол, но, походу, слишком поздно.
У Гудимова таки остался верный человек. И… Блядь. Не один!
– На землю!
Орет Ромка, и я падаю на рефлексе.
Еле успевая увернуться от еще одной пули, прилетевшей сзади.
– Блядь.
Рука сбивается. Я мажу.
Но тот, кто уже готов выстрелить в меня в упор, падает, как подкошенный.
Из-за деревьев выходит здоровяк, очень похожий на Ромку. Что комплекция, что повадка. В темноте бы увидел. Мог бы и перепутать.
– Там их еще с десятка два. Справимся.
– Ника, закройся!
Кричу, поднимаясь.
Десятка два это херня собачья! Главное, фактора неожиданности больше нет! А так не хрен делать!
Вот и сбылось, о чем я думал.
Таки пришлось с братом спина к спине подраться. Не друг против друга. А вместе. Против врагов.
И, черт возьми! Мне это понравилось! Ромка не подкачал и не облажался! Спокойно с голыми руками попер на бойцов Гудимова! Даже рыча от удовольствия и азарта!
– А ты как здесь?
Мы тяжело дышим.
Вокруг валяются тела этих изначальных смертников.
Даже не заметил, когда в этой драке рядом оказался Марат.
– Ну как же? Мне, может, обидно. Прогулка по лесу. Это ж романтика! А ты один пошел! Непорядок!
Смеется, закуривая.
А я пожимаю руку брату. Впервые в жизни. По-настоящему и от чистого сердца.
– Теперь я тебе должен, Роман. И давай на хрен прекратим эту вражду! Хоть познакомимся по-настоящему, м?
– Должен. Я приеду долг забрать. Не сомневайся, – хмыкает.
– А ты? Ты жизнь мне спас!
Подхожу к тому, что стрелка снять успел.
Реально. Меня бы уже здесь не было, если бы не он.
– Я Волк, – протягивает мне в ответ руку. – Не спас. Считай, долг вернул. Ты мою женщину вытащил.
– Нашел ее?
Хрен бы раньше такими вещами бы заморачивался.
Но теперь уже знаю, что значит потерять. И каждую секудну острыми иглами в сердце страх за любимую чувствовать!
– Пока нет, – мрачнеет, и я его понимаю.
– Поможем. Свяжись со мной.
– Ты мне ничего не должен, Арман.
– Давай я буду решать. Что. Кому. Чего. И сколько я в этой жизни должен! Сказал, свяжись! Помощь никогда лишней не будет!
– Не переживай. Царапина.
Усаживаюсь за руль, крепко прижимая к себе Нику.
– И не спорь, – тут же накрываю пальцами ее открывшиеся для спора пухлые губки. – Я в этом разбираюсь. А что кровищи много, так это пустяки. Ничего не задето.
– Арман! Тебе надо в больницу! Срочно!
Да. Про тихую и молчаливую Ромка точно сказал. Это не про нас! Ну, кто указывает мужчине, что ему делать, а? И откуда только взялась такая?
- Я врач! Я лучше знаю!
Упрямо бормочет и даже нагло отбивается обеими руками , когда обнимаю ее. Притягиваю к себе.
- Ну, врач ты пока еще не до конца, - хмыкаю.
Сметаю ее сопротивление своим напором. Вжимаю в свою грудь.
Даже на губы не набрасываюсь, как голодная зверюга.
Ни хера.
Сломала она во мне что-то, эта девчонка. Мелкая пигалица с огромными глазищами!
Прости прижимаю.
Слушаю, как колотятся, будто одно, наши сердца.
Так дико.
Рваными, жадными ударами.
Будто, как и я, возмущаются, что между ними расстояние. И куча всякой хрени типа мяса и ребер.
А им в одно слиться хочется!
Так и меня до ужаса бесит такая куча одежды между нами!
Но и даже сквозь нее я чую жар ее нежного тела.
