Когда весь воздух вокруг, кажется, полыхает разрядами тока! Вспышками и искрами! Когда его глаза темнеют до черноты, глядя на меня, а у меня от одного взгляда начинает гореть кожа и во всех внутренностях порхают миллиарды сумасшедших бабочек!
Его страстные прикосновения. Сумасшедшие ласки. И хриплый голос, который шепчет самые непристойные и самые запредельные признания.
И его нежность. Такая нереальная от этого брутального зверя. Нежность, от которой кружится голова.
Я совсем потеряла голову . Растворилась в нашей любви.
Мы просто не способны оторваться друг от друга. Не можем насытится. Каждый раз мало. Всего мало. Просто лежать рядом, выписывая узоры пальцами на коже. Просто смотреть в глаза, почти задыхаясь в его медвежьих объятиях.
Иногда Арман уходит. Запирается в своем кабинете. И пусть его не бывает каких-то несколько часов, а мне сразу становится одиноко. И как-то холодно.
Мы будто сошли с ума.
А еще… Еще мне совсем не верится в это счастье! Каждый раз хочется себя ущипнуть! Потому что так не бывает! И страх холодком проносится по венам. Кажется, что я сейчас проснусь и все исчезнет!
– Что, малыш?
Он притягивает меня к себе еще ближе.
Кожа плавится от жара его тела.
И я сама плавлюсь, когда он смотрит на меня вот ТАК.
Как будто я сокровище. С неподдельной нежностью. Какой просто нереально даже представить в таком мужчине, как он!
Подхватывает на руки и усаживает прямо себе на грудь.
А я распластываюсь на его огромном теле, чувствуя, как подо мной перекатываются мощные мышцы.
Обнимает за шею, зарываясь руками в волосы.
И нежными поцелуями покрывает все лицо!
И я не могу удержаться!
Обхватываю его мощную шею.
Трусь, как кошка, щекой о его щетину.
И все слова вылетают из головы.
Хочется только одного. Быть. Быть с ним рядом. И чтобы это никогда не заканчивалось! Но…
– Так не может продолжаться, Арман!
Выдыхаю прямо в его губы.
– Понимаешь? Просто не может!
– Почему?
В один миг он переворачивает меня на спину.
Оказывается сверху.
Прижимает тяжестью и жаром своего тела, опираясь на локти по обеим сторонам от моей головы.
А в глазах у него уже шторм. Ураган, полный безумной страсти. И я перестаю дышать… Задыхаюсь. От потребности чувствовать его губы на себе. Везде!
Он и так уже пометил ими каждую клеточку моего тела! Не осталось ни сантиметра, где бы он не побывал! И у моей кожи уже, кажется, ломка по его поцелуям! По его жадным и властным губам, которые доводят меня до полного безумия!
– Ну мы же не вылезаем из постели! Это ненормально! И неправильно! У людей должны быть отношения! И… И жизнь, в конце концов!
– Я не понял!
Рычит. Обхватывает шею крепче.
Прикусывает мою губу, жадно втягивая.
А глаза уже полыхают яростью. Кажется, я сейчас задымлюсь от его взгляда!
– Я что? Держу тебя в черном теле? Или мало люблю! Так ты скажи! Чего тебе не хватает? Ммммммм?
– Мы почти не разговариваем. Я так ничего о тебе и не знаю, Арман!
– Не знаешь? Малыш. Я ни с кем никогда не был таким открытым, как с тобой! Ты знаешь меня больше, чем все остальные! Даже чем мои братья!
– Вот об этом я и говорю! Я понятия не имею о твоей жизни! Чем ты живешь? Чем занимаешься? Даже о своих братьях, о семье, ты ничего мне не рассказал! Совсем ничего!
– Зачем тебе все это, мммммм? Я люблю тебя. Это самое важное. Все остальное так. Факты и обстоятельства!
– Ну как ты не понимаешь? Это ведь важно. Отношения, если они настоящие, не могут строится без всего этого!
– Ладно.
Арман вздыхает. Откидывается сбоку на постель. Прижимает меня к себе огромной лапищей, укладывая себе на плечо.
– Что ты хочешь знать?
– Ну, для начала хотя бы о твоей семье. И о том, чем ты занимаешься!
– Не овец пасу, это точно! – хмыкает. – И не цветы выращиваю.
– Арман!
Так и хочется стукнуть!
Всегда он все переводит в шутку! Всегда отмахивается!
– Не понимаю. Зачем тебе все это нужно.
Хмурится.
– Тебе что? Меня мало?
– Когда человек для тебя важен, ты с ним делишься всем. Обо всем говоришь. Это правильно и так естественно! Не говорят только если я для тебя ничего не значу! А я, выходит, для тебя просто постельная игрушка! И когда ты наиграешься, то….
– Никкккккка!
Рычит. И глаза наливаются кровью.
– За такой базар я бы любому уже губы отрезал! А тебя, вижу, придется наказать по-другому!
Сжимает мою попку так, что, кажется, останутся отметины.
– Так наказать, чтоб ты опять голос сорвала и глупостей мне таких больше не говорила!
– Ну вот! Ты опять только о сексе! А я хочу знать больше! Все о тебе знать хочу, понимаешь? Хочу, чтобы ты впустил меня в свою жизнь!
– Ладно.
Вздыхает, отпуская мою попу.
– Но от наказания ты все равно не отвертишься. Ты внутри, Никккка. Ты так глубоко внутри, как я даже представить себе не мог, что может быть так. Ты. Единственная. У меня в сердце. Это главное. И это не изменится. Никогда. Запомни. Я хочу, чтобы ты это помнила. Всегда. Что бы не случилось.
И мне опять не верится! Не верится, что это он говорит мне!
Но его чувства неподдельны! Я это знаю. Я это чувствую!
