«Это всего на год, тебе нужно повзрослеть», - говорил отец. Вот только он не сказал, что что я тут застряну на более чем 8700 лет. Аномальная планета. Которая таит древнее зло с котором мне придется столкнуться. Но страшней всего это те испытания, что приготовила для меня судьба. А самое любопытное моя родственница уже была здесь и у нас с ней осталось одно незавершенное дело. Миссия выжить, не сойти с ума объявляется открытой!
— Это всего лишь на год, − сказал отец, отправляя меня на планету M−3−6−9−N. – Тебе нужно повзрослеть и перестать быть безответственной и взбалмошной.
***
— Давай обвенчаемся, втайне, конечно! А через год состоится наша официальная свадьба!
— Давай, − радостно согласилась я со своим парнем, молодым лейтенантом, – за год отец свыкнется и не будет против наших отношений.
***
До планеты M−3−6−9−N лететь полгода. Нариман договорился с командиром и тоже летит на корабле со мной. Мы дни напролет тренировались в спортивном зале на шестах и в рукопашную. Любимый был уверен, что мне стоит совершенствовать свои навыки, и что это поможет мне выжить на малоизученной планете.
— Магия – это очень хорошо, ты сама – сильный маг, но нужно быть еще и физически выносливой, ловкой. Это может спасти тебе жизнь, когда магия будет недоступна. Или, упаси Богиня, запрещена.
Я была с ним соглашалась, а в перерывах между тренировками любовно поглаживала свадебную татуировку. Отец считает, что мы не пара и что наш союз – это мезальянс. Я дочь советника, а он из обычной семьи, к тому же он простой лейтенант. А как по мне, у отца завышенные требования. Если так и дальше пойдет, я так всю жизнь в девках прохожу.
Уже на подлете к планете M−3−6−9−N в корабль попал астероид. Никто не пострадал, но обшивку корабля сильно помяло. Но самое неприятное не это. У нас с Нариманом в тот момент был спарринг, от толчка я неудачно приземлилась и повредила ногу. А ведь мое испытание на выживание и охрану артефакта никто не отменял. Любимый наложил магическую шину.
— Тебе стоит ближайшие дни больше отдыхать, чтобы нога быстрее зажила. В искре есть небольшая ниша как раз для тебя, ты сможешь в ней укрываться.
— Я знаю, − сказала с улыбкой, – меня учили взаимодействовать с искрой. Но нишу стоит использовать только в крайнем случае. Так что буду ориентироваться на местности. Думаю, не зря на меня мама столько браслетов навешала.
Показала на золотые браслеты с камнями и без, у нас на планете золото не ценится высоко, его научились синтезировать. Ценятся магические кристаллы. Но мама чуть ли не силой навешала на меня кучу золотых украшений. Оговорилась, что на той планете, куда меня отправляют, оно ценится сильно. И что я, якобы, смогу обменять его на местные деньги и жить вполне безбедно.
— Я вернусь за тобой через год, − заверил Нариман.
Мы стояли на краю поселения. Я на дома старалась пока не смотреть, чтобы не разочаровываться раньше времени. Любимый спросил у бедняка, проходящего рядом:
— Скажи, уважаемый, какой сейчас год? – заметила, что он применил магию на встречного и легкое воздействие на сознание.
— 15973 год, − сказал мужчина и ушел.
— Я с ребятами прилечу к тебе в 15974 году. Я найду тебя, и дома сыграем красивую свадьбу. Береги себя, − он передал мне трость, – будет тебе вместо шеста, и, пока ногу не вылечишь, поможет ходить.
— Я буду ждать тебя.
— Пора, − сказал командир корабля. Мне он сдержанно улыбнулся, кивнул на прощание − и они перенеслись на корабль. А я пошла к искре, прочь от поселения, нужно было обжиться на незнакомой планете.
Искра по форме напоминает каплю, она из желтого с белым металла и магических кристаллов. Благодаря кристаллам искра аккумулирует магию из окружающего пространства и записывает на магические носители все, что вокруг нее происходит, и все, что происходит со мной.
Одна из моих задач − вести своеобразный дневник исследователя, чтобы рассказать о планете, на которой я временно живу. Проще всего это делать будучи в непосредственной близости от искры. Позже можно будет записывать наблюдения и с расстояния − об этом проговорилась тетушка. Она когда-то была на этой планете и вернулась сильно изменившись. Ее дневник посчитали поврежденным и уничтожили. А тетя никогда не рассказывала о том, что она тут пережила. Только грусть появлялась в ее глазах, когда спрашивала об этом.
Говорят, мы очень похожи, особенно глазами. У всех моих сограждан они обычные, а у меня и моей тети глаза радужные. Таких, как мы, называют «ключ». Правда, я так и не поняла, от чего мы ключ.
Оставила в искре большую часть тех украшений, которые выдала мне мама, и осмотрела себя. Простые светло-серые брюки из плотной ткани, сверху туника из такой же плотной светло-серой ткани. Под низом гольф без горла из мягкого материала белого цвета. На ногах мягкие полусапожки в цвет брюк. На голову мне выдали платок тоже светло-серого цвета. Глядя на яркое солнце и песок вокруг, понимаю: он будет весьма актуален. Замотала голову и прикрыла лицо, чтобы не глотать песок. Искру укрыла магией и пошла к «домам».
Разве можно в этом жить? Это просто какие-то убогие строения, похожие на глиняные коробки с маленькими окнами. Может, это просто бедный или, точнее, нищенский район или поселок? Скорей всего, так и есть − кто в своем уме захочет жить рядом с пустыней? Как они вообще тут выживают, ума не приложу.
