— Это мы еще посмотрим. Ты просто еще не знаешь за кого.
— Только не говорите, что за Налана, я не хочу ломать ему жизнь.
— С этим он и без тебя справился.
Рима накрыла лицо руками. Эндрю спокойно смотрел на нее и на ее руки, покрытые короткой шерстью с длинными когтями.
— Как?
— Связался с наемниками.
— Давай прежде, чем я отведу тебя к нему и обрадую его, я расскажу, во что он вляпался.
Девушка выслушала меня молча глядя в пол. Усмехнулась условиям, которые я выставила и закрепила магией.
— Разумно, я его воспитаю.
— Да, на тебя и надеюсь, будешь держать его в ежовых рукавицах. А то он легких денег захотел.
— У меня не забалует. И хоть какая-то мужская сила в доме будет. Я ведь уже сотню лет как одна живу. Родня отселила меня на окраину деревни, чтобы я не пугала их своей рожей.
— Ты не страшная, − сказал раздраженно Эндрю. – Ты просто застыла на середине оборота. И кошачья форма смотреться куда лучше, чем волчья или медвежья.
— А ты таких уже видел?
— Да, сам застывал в детстве. Неделю ходил полуволком с вытянутой получеловеческой, полузвериной мордой.
Рима скинула капюшон и посмотрела на парня.
— Симпатичные ушки и окрас красивый. У тебя смотрится мило. Я себя шарахался в любом отражении.
— Спасибо, − сказала она, в улыбке показались клыки и заостренные зубы, а потом и кончик хвоста из под плаща. – Это так мило и искренне. Это первый комплимент с момента проклятия. Даже от сестры благодарности я не дождалась. Он первая стала меня презирать.
— Эндрю, приведи Налана, он в камере, обычной. Мы подождем здесь.
Рима снова накинула капюшон. Парень, когда зашел в чайную комнату, напряженно осмотрелся и задержал взгляд на фигуре в плаще. Эндрю подтолкнул его в спину.
— Магистр, я не хочу в деревню, я там погибну.
— Не трусь, не брошу, − подала голос Рима.
— Рима, − удивился Налан. − Ты где была, я тебя искал? Даже в деревню твою приезжал, мне не сказали о тебе ничего.
— Я их об этом попросила. Не хотела жизнь тебе портить.
Она скинула с себя плащ, давая парню хорошо рассмотреть ее слегка сгорбленную фигуру.
— Ты застыла в полуобороте?
— Не совсем, я сестру закрыла, когда в нее бросили проклятием. На мне оно так отобразилось. Условия снятия для меня практически не выполнимы.
— Вы сегодня женитесь, − напомнила я парочке. – Или ты до сих пор хочешь умереть?
Налан мотнул головой и подошел к Риме. Осторожно провел по ее выпуклым кошачьим скулам, покрытым шерстью. У нее практически все лицо было покрыто шерстью. И сквозь губы было видно, как выделяются клыки.
Парень ласково погладил ее сначала по одной щеке, потом по второй. А потом взял двумя руками за голову и нежно поцеловал.
— С тобой хоть на край света, теперь ты от меня не сбежишь.
— Ребята, давайте вы закончите миловаться позже и не здесь. Рима, тебе придется взять за него ответственность еще и юридическую.
— Хорошо.
— Все условия, что я озвучила Налану я указала в документе. Если к вам кто-то из наемников сунется, сообщай Эндрю.
— Вряд ли они к нам сунутся, − сказала смущенно девушка, – у нас чужаков не любят, они у нас пропадают бесследно. Диких зверей очень много вокруг.
— Или сами разберетесь.
Она кивнула и улыбнулась. На ее лице сейчас это смотрелось хищно.
Через час уже были в храме. Священник, немного повздыхав, поженил парочку.
Над молодыми рассыпались магические искры. И стоило им попасть на девушку, как она начала меняться. Проклятие частично было снято. Лицо и тело приобрело почти полностью человеческую форму. Осталась еще шерсть, когти, уши и хвост.
Я приказала выделить им самую простую комнату для первой брачной ночи. Простую, чтобы не баловать Налана, а Рима другую бы не приняла. Она девушка суровой закалки.
Утром Рима радовала меня своим цветущим видом и прежней красотой. Все пятеро охранников смотрели на нее и вздыхали:
— Повезло парню.
— Да, она очень красивая. Но нрав у нее суровый, под стать месту, в котором они будут жить.
— Рима, сообщишь мне, как вас приняли?
— Да, магистр.
— Вас отвезут домой.
— Спасибо вам за все.
— И тебе, − сказала с улыбкой.
К моему счастью, Амир уехал еще вчера, а император нагов хоть и пытался ухаживать, но не наглел. А когда месяц подошел к концу, он поймал меня в объятья и прошептал:
— Уезжай со мной.
— Не хочу.
— Чем я тебе не нравлюсь?
В мыслях у него мелькнуло: «Я уже даже отказался от мирного захвата этого материка. Чего тебе не хватает?»
— Прости, но сердцу не прикажешь.
— Может, еще одумаешься?
— Я не спорю, ты красивый, харизматичный. Но тут, − показала на грудь, – тишина.
— Жаль, − сказал он и легонько поцеловал в висок, – мы были бы красивой парой.
— У тебя будет красивая жена.
— Но не ты.
— Но не я.
