— Ладно, — я вздохнул и крякнул от натуги, пытаясь вырвать топор из колоды. — Что за монстр за нами гонится? Как его убить?
— Разберемся, — на выдохе ответил я, вынимая, наконец, топор и прислушиваясь.
В доме стало подозрительно тихо. Я тоже не стал шуметь, крадучись обошел дом и вошел внутрь, переступив через разбитую входную дверь. Принюхался, но разделение на составляющие не сработало, а общий запах бардака на кухне был слишком сильным. И компот, и какие-то разбившиеся склянки со специями, попавшиеся под руку.
Я примкнул к стене, держа над головой топор, и пошел вдоль стены. Услышал все-таки какой-то шелест, а потом и увидел тень, падающую через дверной проем. Кажется, монстр затаился, но караулит меня через окно.
Сделал еще шаг, оказавшись рядом с проемом, и мысленно ругнулся, наступив на какую-то щепку. Сухо щелкнуло, я поднял колун повыше, чтобы сразу обрушить его на голову монстру. И в этот меня на меня напала вся стена.
Таранный удар. Монстр в стену, стена в меня, я в следующую стену…
Остановились мы, только врезавшись в камин. Разломили обеденный стол, кувыркнулись через лавку и еще прокрутились, все время тыкаясь друг в друга. Монстр пытался впиться в меня присоской, предусмотрительно не так широко распахнутой, как в прошлый раз. А я, как мог, удерживал топор, поперек перекрывая слюнявую пасть.
С каждой секундой получалось все хуже и хуже. Монстр придавил меня, замахнувшись лапой. Но нормально ударить не смог, долбанул по полу, пробив сразу несколько досок. Он не смог согнуть лапу, скорее всего, конструкция суставов не позволяла. Чуть отдалился и дал мне возможность двигаться. Я рывком отполз, чуть ли не втиснувшись в камин. Зачерпнул оттуда горсть сажи и бросил ее в глаза монстру. Зачерпнул еще и сам набросился на отпрянувшего монстра. Отвесил оплеуху по левому глазу, втирая туда сажу. И нырком рухнул обратно на пол, едва не встретившись с когтями. Грэйрэм ничего не видел, ревел и, пошатываясь, махал лапами во все стороны. Устроив настоящую мельницу. Я подхватил топор и, стараясь, не попасть под горячую руку, рубанул колуном по ногтям на ногах. Толстые, коротенькие, но не менее острые. Я целил выше — ближе к центру стопы, но так, чтобы был шанс хоть что-нибудь перерубить.
С первого раза не получилось, лезвие вошло всего на пару сантиметров. Грэйрэм заревел еще громче, я тоже молчать не стал. Рявкнул так, словно хотел не только шакраса в себе пробудить, а всех демонов ада, и ударил еще раз. Теперь уже насквозь. И лапа, и пол. С трудом, но выдернул застрявший топор и откатился в сторону.
Грэйрэм шагнул за мной, но второй шаг у него уже не получился. Раненая лапа подвела, он рухнул, попытался достать меня лапой. Воткнул когти в доски и начал рвать их, подтягивая к себе. Я ударил топором и оставил его без трех пальцев. Хотелось больше, но больше у него не было. Подрезанная трехпалая зараза попыталась свалить, отпрыгнула в сторону, влетев в дверной проем, но расширив его раза в два. Весь дом содрогнулся, перекрытие над головой тревожно заскрипело.
Я бросился следом и теперь уже сам, выставив плечо, сыграл роль тарана. Сработало даже лучше, чем было задумано — я не ждал, что смогу нанести какой-то ощутимый урон, но нагрузить раненую ногу я мог. На нее и передалась вся энергия удара, грэйрэм упал, а встать я ему уже позволил. Ударил топором в загривок, пытаясь перерубить шею. Не перебил, но точно сломал. Раздался хруст, намного громче, чем от утренней крысы, и монстр затих, уткнувшись хоботом в пол.
— Фух, — я отшатнулся к стене и устало сполз по ней на пол.
Биомонитор пискнул, показав, что геном шакраса воспрял духом и снова пытается взять контроль. Сволочь, где ты раньше был. Адреналин отпускал, а вместо него появилась боль. Разом заболело все, и больше всего беспокоила резкая боль в груди. Неужели ребро сломал?
— Претендуешь на контроль, тогда и лечи сам… — пробурчал я, тыкаясь в монитор. — Аркаша, есть что-нибудь про регенерацию?
— Еще можно просто поесть, знаю, — перебил я помощника, кряхтя, поднялся и пошел на кухню. До обновленного бардака там еще орехи оставались.
