Я – Легенда полностью

Проходя мимо трупа грэйгрэма заметил что-то странное. Вокруг тела появилось нечто похожее на марево. Так, в прицеле видно, когда ветер гуляет на солнце. На всякий случай отступил, а то вдруг какая-нибудь радиация. Меж тем марево уплотнилось, теперь уже ровно над всем телом монстра появился светящийся слов высотой в пару сантиметров.

Где-то с минуту я завороженно смотрел на все это дело. Дымка наливалась цветом, густела и перемешивалась, бродя от лап до макушки. Вспомнил про арахис и когда вернулся, щелкая кожурой, то дымка уже исчезла. Вместо нее на спине монстра осталось несколько небольших кристалликов.

Самый крупный был белого цвета, размером около трех миллиметров по большей стороне. По структуре и по внешнему виду он был похож на колотый сахар. Не тот, что рафинад, а тот, что в прикуску. Еще три кристалла были совсем маленькие, в размер спичечной головки. Фактура была похожая, но цвет уже коричневый.

— Аркаша, а как ты можешь определить геном? — спросил я, гадая не та ли это эссенция, про которую говорил помощник.

«Через сенсоры биомонитора. Просто соедините эссенцию донора, и анализ начнется автоматически», — донеслось от часов, и по запястью пробежал зеленый лучик света.

Я снял часы, перевернул и нашел небольшую панель со спрятанными в ней иглами. Ага, этим он, видимо, и мою кровушку анализирует. Бережно подобрал белый кристаллик, но по ощущениям, крошиться или трескаться он не собирался. Разместил на панели и стал ждать. Зажегся зеленый луч сканера, посветил секунд десять и погас.

«Обнаружен геном грэйрэма. Уровень редкости: семь. Средняя цена закупки в генотеках: двести аркоинов. Возможные навыки, передаваемые донором реципиенту: сила, выносливость, взрывная динамика, снижение чувствительности болевых рецепторов. Побочные эффекты: синдром Ренфилда», — отчеканил Аркаша и явно собирался продолжить, но я его остановил.

— Так… — много новой информации, от которой только больше вопросов появляется. — Я так понимаю, что аркоин — это местная валюта. А курс какой? В рублях или в долларах?

«Подобная информация отсутствует в моей базе данных,» — ответил Аркаша.

— Понятно, — разочарованно протянул я. — А какой уровень у шакраса?

«Двенадцать. Исчезающие или мифические существа».

— Тоже неплохо. А что за синдром Ренфилда? — спросил я, разглядывая кристаллик на свет.

«Психическое расстройство клинического вампиризма. Исследования на тему сочетаемости с геномом шакраса не производилось. Инициация эссенции не рекомендована».

Не очень-то и хотелось, честно говоря. Потом хобот с присоской вырастет, и совсем я стану ночным хищником. Но двести аркоинов звучало внушительно. Узнать бы еще, сколько здесь оружие стоит. Очень мне его не хватает.

Я убрал белый камушек в жестяную банку со спичками, и отправил на диагностику коричневый кристаллик. Зеленое свечение только один раз мигнуло, и Аркаша тут же выдал результат:

«Слизь. Галлюциногенное наркотическое вещество, временно повышающее все физические показатели человека и отключающее чувство самосохранения,» — ответил помощник.

— Сколько аркоинов?

«В зависимости от региона, от пяти лет тюрьмы до вечного изгнания с подконтрольной территории. Исследования на тему сочетаемости с геномом шакраса…»

— Не продолжай, уже понял, — я вспомнил, что ирландцы что-то такое рассказывали про слизь и про сектантов, которые ее употребляют.

Ну то есть спрос все равно на это есть. Пока решил не выбрасывать, пробовать точно не буду, но вдруг пригодится. Например, тех же сектантов отвлечь, если им такое интересно.

Я оперся на стену, чтобы подняться, и одернул руку. Дом как-то опасно заскрипел, а стена за спиной — та, в которой грэйрэм расширил проем, начала трещать и постепенно сдвигаться, будто ее сплющивает. Тут же затрещал и потолок, на меня посыпалась пыль. И словно подгоняя меня, в столовой рухнула люстра. Из нее вывалились огарки свечей и покатились в разные стороны.

Кажется, пора валить!