- Ну, как же. Уже завтра он захочет пересчитать деньги, которые подарили гости. В планах его из этой суммы погасить часть кредита, который он, как интеллектуальная сливка человечества, взял на свадьбу. Но выяснится, что деньги надежно припрятаны молодой супругой и пойдут на хозяйство. Это означает, что на них будет куплена куча бесполезных вещей, которые будут пылиться без дела до второго пришествия. Впрочем, возможно на эти деньги супруге будет куплен "Айфон" последней модели и туфли "Лабутен": вещи, без которых, разумеется, респектабельной замужней даме не прожить. Новоявленному же супругу будет дано строгое указание зарабатывать больше, потому что ведь кредит. С горя он захочет выпить пива с друзьями, но тут же выяснит, что как пиво, так и друзья в его новой счастливой жизни - вещи совершенно нежелательные. И вот через несколько лет он уже увешан гроздью спиногрызов, согбен, покрыт морщинами, а потолстевшая и поздоровевшая жена упрекает его, что отдала лучшие годы жизни этакому дурню.
- Так, значит, таков твой взгляд на брак? - спросила Айгуля, почему-то нахмурившись, и потом до самого моего ухода на работу со мной не разговаривала. Странные они, эти женщины, вдруг обидятся незнамо на что. В общем, день начинался не ахти как удачно, хорошо хоть Айбол посовестился слопать мой законный донер.
Вечером Айгуль тоже со мной не разговаривала и с надменным видом отвергла мои половые поползновения. Я уж обрадовался, что она передумала насчет свадьбы, но ничуть не бывало. На следующий день она не пошла на работу. У меня тоже был выходной. Проснувшись к обеду, я обнаружил, что Айгуля обложилась платьями, брюками и блузками и кривляется перед ни в чем не повинным зеркалом, пытаясь опытным путем выяснить, какая одежда сегодня ей больше к лицу (у женщин, как я понимаю, в этом плане день на день не приходится).
- На свидание собираешься? - спросил я, следуя где-то вычитанному совету начинать утро с хорошей шутки.
- Давай вставай быстрее, полпервого уже. Завтракай, потом пойдешь в магазин за цветами для невесты.
- Так мы все-таки идем на свадьбу?
- Ну конечно, договорились же,- с возмущением ответила Айгуль, хотя я ясно помнил, что переговоры накануне зашли в тупик и окончились игнорированием моей персоны до сего момента. Поди пойми этих баб.
Я решил все же воззвать к ее милосердию.
- Слушай, я знаешь почему на самом деле не хочу идти? Там все выпивать будут, а я же бросаю. Мне тяжело будет там находиться.
- Ну и отлично. Заодно и силу воли потренируешь. Но, если хочешь, можешь выпить.
Мне показалось, что я ослышался.
- Серьезно?
- Вполне. Но если продержишься и ни одной рюмки в себя не вольешь, вечером тебя ждет поощрение. На меня свадьбы всегда возбуждающе действуют. Вот тебе и проверка,- и, поставив передо мной эту садистскую дилемму, Айгуля стала вертеть аппетитными формами туда-сюда, пытаясь понять, идет ли ей очередное платье. Оно, кстати, очень шло, и это усугубляло муки выбора. Так хотелось накатить по-человечески водочки под горячее, просто ужас. Но и Айгулю хотелось не менее ужасно. Вот почему нельзя это совместить? У других же получается. Эх, как-то не так я живу.
Мучаясь такими мыслями, я поплелся завтракать. Потом сходил за цветами, напутствованный строгим указанием пива на сдачу не брать, по приходу был поверен алкотестером и отправлен бриться и вообще приводить себя в порядок.
- Я пока рубашку тебе поглажу. Почему у тебя ни одного костюма нет? Да даже, блин, галстука. Одни брюки, да и те какие-то ваххабитские, подвернутые. Тебе четвертый десяток вот-вот пойдет.
- Костюм - униформа клерка, галстук - удавка капитализма. Это одежда псевдоинтеллектуальной касты, повод для необоснованного чувства превосходства над рабочим классом. Люди готовы отдавать мозги и таланты капиталу, лишь бы сохранить право принадлежать к костюмоносцам. Господи, какая же ты мещанка.
- Ой, иди уже в душ, борец с системой. Черные джинсы тогда наденешь и тот свитер серый с треугольным вырезом.
- Я вообще-то хотел водолазку с синим свитером.
- Все, я так сказала. Иди брейся. Водолазку ему.
Обидевшись, я твердо решил назло ей напиться в полный хлам. Ишь, с помощью секса решила мною манипулировать. Манипуляторы-то не выросли! Хотя, если честно, выросли - полный третий размер.
Я привел себя в порядок, потом мы на скорую руку перекусили и начали одеваться. Время шло к пяти вечера.
- Зачем мы так рано пойдем? - спрашивал я. - Давай эти обязательные ритуалы с киданием денег под звуки домбры пропустим. Подойдем сразу к горячему. Все равно по казахскому обычаю все только к девяти соберутся.
- Не позорься, а. Сейчас уже не принято опаздывать. Ты в каком веке живешь? Подумают, что мы специально деньги зажали.
- Какая тебе разница, что там кто подумает? Нас там все равно никто не знает.
- Все, я так сказала.
Ей- богу, напьюсь, подумал я.
Но потом Айгуля нарядилась в платье, накрасилась, и я снова заколебался. Такая она была сексуальная! Ничуть не хуже водки под бешбармак.
Ближе к семи мы вызвали такси. Нас ждала казахская свадьба.
