Айгулина СМС-ка что-то разбередила в душе. Все шло хреново. Проклятая моя судьба, за что? Или я подонок какой-то? Стараешься, изголяешься в придумках, воюешь с серой жизой, а итог? Работа дерьмо, девки меркантильны, даже водка как будто не та.
К концу бутылки благородное чувство жалости к себе разбушевалось вовсю, и я даже всплакнул. И тут позвонил Толик.
- Здорово, братан. Слушай, тема есть одна. Ты подзаработать не хочешь?
- Ты вообще вовремя, Толик. Хочу, очень хочу. Что за тема?
- Короче, у нас участковый новый в краю. Дикий какой-то, на контакт с нами не идет пока. У нас тут два килюшника шпека зависло. Барыги все затаились, мусор этот троих уже хлопнул. Короче, за месяц надо все раскидать, нам двести отдать, остальные твои.
- Барыжить же западло, - ответил я, а сам уже считал в уме. В кило двадцать стаканов, то есть двести коробков. По штуцеру за каждый - четыреста косарей в общем. Двести мне остается. Нормально. Ну, стакана два сам скурю за месяц. Ладно, четыре, там еще хвостопадов куча понабежит, как всегда. Все равно выхлоп есть. А распихать-то с десяток коробков в день я влегкую смогу.
- Да ладно, братан, - говорил тем временем Толик, - это так, чисто между своими. Кому будешь багрить, просто говори, что через кого-то берешь. Еще и себе с каждого коробка кропальнешь. Не мне же тебя учить.
- Ну, ладно, только из уважения к тебе. Давай, завтра созвонимся.
- Давай, брат.
И я пошел барыжить. Ну его, этот базар.
Следующий месяц был лучшим в моей жизни.
Я просыпался в одиннадцать и, лежа в постели, полчаса решал вопрос: поспать еще или встать и совершить первую, утреннюю, самую сладкую накурку? Не будучи по природе лежебокой, я, естественно, выбирал второй вариант. Потом царски завтракал копченым окорочком и пивом, или говяжьими сосисками и пивом, или бутербродами с сулугуни и пивом, или просто пивом.
Затем наступало время бизнеса. Взяв телефон, я начинал обзванивать контакты с буквы "а" и предлагать товар. Все диалоги звучали примерно одинаково:
- Здорово (Аня, Куаник, Лохопед, Серый, Татик, Юрасик; здравствуйте, Роза-апа), тут вечером один вариант стреляет. Будешь(-те) брать? У знакомых там поспрашивай(-те). Сколько коробков? Нет, Роза-апа, стаканами они не продают, да у всех пенсия маленькая, я теперь что сделаю?
К вечеру, таким образом, выстраивалась целая очередь из окрестных раста. Я встречал их по одному в разных местах, мы шли в ближайший подъезд или за ближайшие гаражи, где я быстро передавал товар, забирал деньги и отсыпал себе законную "пятку" за замут.
По вечерам я сидел и пил пиво, глядя сытыми красными глазами на стопку лежащих на столе шелестящих купюр. Жизнь казалась прекрасной. Черт, она и была такой!
Я приоделся, отоспался, приятно раздобрел и в целом почувствовал, что жизнь выходит на новый, более взрослый уровень.
И почему я раньше этим не занимался? Теперь мне хватало на комфортную жизнь, и было время для культурного роста. Перед сном я пересматривал "Лицо со шрамом", "Реквием по мечте", "Иглу", а потом долго не мог уснуть, размышляя о несовершенстве наших казахстанских законов. Всю предпринимательскую инициативу ведь на корню душат.
Время от времени мне звонил Толик, и я отвечал ему, что все ровно. Пачка денег, спрятанная в "Плаху" Айтматова, все росла, и я к концу месяца легко мог отдать долю ему и его старшим.
Наконец, день расчета пришел. Толик отзвонился и сообщил, что завтра ко мне зайдут за деньгами.
- Баха и Гала такие, это их товар. Если есть желание, пообщаешься с ними посчет следующей партии. Завтра ровно в пять они подтянутся, дома будь.
На следующее утро я подбил бабки и обнаружил, что образовался излишек в размере тысяч двадцати. Я решил дать себе выходной и отметить успешное окончание первого рабочего месяца.
Сначала, конечно, я планировал сходить в ближайшую сауну и поддержать местный сутенерский бизнес, но потом вспомнил про Айгуль. Мысль о том, чтобы затащить ее в темную бездну эротики, почему-то не давала мне покоя. Раньше я к бабам так не относился. Не дала - и фиг с ней, сама себе врагиня. Но Айгуль не давала мне покоя.
С момента увольнения меня с рынка прошел уже месяц. Если Айгуля не успела выскочить замуж (да даже если и успела), можно предпринимать новый штурм.
На этот раз я решил не мудрить и тупо купить на восемнадцать тысяч цветов, ради высоких чувств оставив себе на пиво всего две тысячи. Или три. Короче, сейчас схожу, возьму пока букет, а в пять отдам тем гоблинам деньги, и сразу на рынок. Как раз после работы ее подкараулю.
Дойдя до ближайшего киоска с цветами, я обратился к продавщице.
- На семнадцать, нет, на шестнадцать тысяч мне соберите букет поярче. Такой, чтобы дух захватывало.
- Повезло вашей девушке. А мне вот никто цветов не дарит, - вдруг раздался сзади чей-то голос.
Я обернулся. Позади стояла симпатичная, скромно одетая малолетка и мило улыбалась, стреляя глазками. Я понял, что сама судьба наконец-то сменила гнев на милость и посылает мне шанс провести отличный выходной. Айгуля пока потерпит. Соскучится больше.
