Я - моя собственная жена полностью

Шарлотта. Я жена Альфреда Кушнера.

(Он пропускает ее, и она садиться напротив Альфреда. Она улыбается ему нежно, кладет руки на стекло, которое разделяет их, стараясь ободрить его.)

Альфред сидит на стуле, он в унынии.)

Альфред. В моей камере ужасно холодно… мой ревматизм. У меня так болят колени, будто они сломаны.

Шарлотта. Я принесла тебе немного теплой одежды.

Альфред. Что слышно об Эдварде? О Мине Малих?

Шарлотта. Все перепуганы. «Групповое преступление» Они не хотят, чтобы Штази копалось в их жизни.

(Шарлотта возвращается к нам, чтобы закончить историю)

Сначала, я собиралась сжечь все письма Альфреда. Я боялась, что если Штази устроят обыск у меня в квартире и найдут их, то спросят «Почему Вы храните письма преступника?» Взгляните, одно письмо помято. Я спасла его уже из мусорной корзины. Однажды я поняла, что когда-нибудь расскажу всю правду. И вот сегодня такой день настал.

Вот…написано его собственной рукой, на обложке eine Speisekarte…на ресторанном меню…

Альфред.(как будто читая любовное послание.) Это моя последняя воля и завещание. В случае моей смерти, я завещаю всю мою коллекцию часов, пластинок, цилиндров, и всю мою собственность Лотару Верфельду, также известной, под именем Шарлотты фон Мальсдорф. С любовью, Альфред Кушнер.

Шарлотта. Пока он сидел в тюрьме, его дом был разграблен. Все было так, как это происходило при фашистах, когда они арестовывали евреев и конфисковывали их вещи.

(Она оглядывается по сторонам, как будто впервые видит разгром в квартире)

Они оставили ему только кровать. Это было ужасно. После освобождения из тюрьмы, я нашла Альфреда в приюте.

(Опять она пытается быть оптимистичной).

Когда-нибудь Альфред, у тебя снова будет свой дом.

Альфред.(горько, с презрением) Нет, этого не будет. Я ничего больше не хочу собирать.

Шарлотта. Однажды ночью зазвонил телефон. Это был eine Krankenschwester. Говорят из приюта.

Сестра из приюта. Приезжайте немедленно. Альфред умер сегодня ночью.

Шарлотта. Он сказал правду. Он оставил мне все. Это уместилось в маленьком конверте. Старый чек от электрической компании, который он не успел оплатить. А! Да! И старая почтовая марка, из Восточной Пруссии.

(Она берет очки Альфреда и рассматривает их в последний раз)

Альфред был настоящий интеллектуал.

(Она открывает ящик комода, и кладет туда очки, осторожно задвигает ящик. Как будто хоронит)

Вот и все, что он оставил после себя, клочок бумаги, понимаете?

Джон. Вот, Дуг, еще одна интересная история. Дело в том, что это не отмечено в ее досье. Тот полночный визит. Героическое предложение Альфреда взять всю вину на себя. Он просил донести на него? Это похоже на какой-то триллер времен холодной войны. Ты думаешь, Альфред был в курсе Послушай вот это:

(Агент ШТАЗИ появляется в свете прожектора. Он хвастается перед другим офицером.)

Агент Штази. Мы спросили нашего информатора- по кличке «Парк» — может ли он поделиться информацией о подозреваемом Альфреде Кушнере. Он уверил нас, что Альфред Кушнер абсолютно ему доверяет и он может поделиться информацией не вызвав никаких подозрений.

Последние пять месяцев Парк передавал все его разговоры с Кушнером прямо нам. Он донес, что Альфред Кушнер заключал незаконные сделки с Американскими солдатами. Он подтвердил, что Альфред Кушнер незаконно продавал вещи за иностранную валюту. Парк даже сообщил нам имена еще пяти человек, дружков Кушнера.

Таможенники арестовали Альфреда Кушнера в начале 1971 года. Мы, конечно, щедро отблагодарили Парка. Он это заслужил.

Дуг. Джон! Мы не можем слепо верить документам ШТАЗИ. Агенты не объективны, они стараются пустить пыль в глаза начальству. Отчеты подделываются все время! Один факт противоречит другому.

(Тот же агент ШТАЗИ появляется. На этот раз, он пишет рапорт другому агенту)