В потайной монастырской студии я пересказала письмо наизусть. Салаи записывал под мою диктовку — коряво, с тягучей медлительностью, несколько раз переспрашивая. Но когда я попыталась отобрать у него ручку, он не позволил.
— Нет, монна! Ваш почерк могут узнать. — Когда, наконец, он закончил и поднялся, чтобы проводить меня, я спросила у него:
— Как ты думаешь… у Пьеро есть шансы на успех? Сумеет он снова завоевать Флоренцию?
Салаи скривился и с насмешливым видом провел пятерней по своим коротким черным кудрям.
— Мне наплевать на политику, а в военных делах я вообще не разбираюсь. Но одно знаю твердо: если кто-то захочет свергнуть этого сумасшедшего проповедника с его малолетней командой поджигателей, то я первый возьмусь за оружие и присоединюсь к нему.
— Умеешь обращаться с ножом? — спросила я, и он ухмыльнулся в ответ.
— Да я родился с ножом в руке.
Довольно неловко, стараясь не порезаться, я вынула из ножен, засунутых в лиф, кинжал Дзалуммы с обоюдоострыми краями.
Салаи скорчил гримаску.
— Как по-девчоночьи. Если вы для начала не изрежете себя на кусочки, то ваш противник успеет живот надорвать от смеха, пока вы будете извлекать на свет Божий свое оружие.
— Не смейся надо мной. Лучше покажи, как этим пользоваться.
— Леонардо бы этого не одобрил. — Он дразнил меня, потому что глаза его улыбались. — Мне ни разу не удалось уговорить его хотя бы подержать нож в руках. В таких вопросах он хуже, чем женщина.
— Но Леонардо здесь нет.
— Отличный аргумент. — Салаи рассмеялся. — Во-первых, не носите нож за лифом. Ненадежное хранилище, к тому же вы теряете время, пока достаете его оттуда. Нож носят за поясом, возле талии.
— Но я не всегда ношу пояс.
— А теперь будете носить, если хотите иметь при себе оружие. Красивый широкий пояс — разве это не модно? Просто засуньте ножик под него. Но, прошу вас, не держите нож так, словно это столовый прибор.
Я заморгала, глядя на оружие в своей руке.
— Позвольте, я покажу, — сказал он и, зайдя сзади, взял мою руку в свою.
Я держала нож крепко, напряженно; он потряс мне запястье несколько раз, пока моя хватка немного не ослабла.
— А теперь, — продолжил Салаи, — вы держите нож лезвием вниз. Нужно сделать прямо противоположное: перехватить рукоятку так, чтобы кончик лезвия был направлен вверх. Но совсем немного. Вот так.
Он повернул мою руку и направил лезвие вверх, я чувствовала ухом его теплое дыхание. От него пахло вином и льняным маслом. Я оглянулась на юношу и впервые поняла, что, несмотря на незрелость, на самом деле передо мной молодой мужчина, мой сверстник, к тому же красивый, с сильным, крепким телом. Он перехватил мой взгляд и игриво заулыбался. Я вспыхнула, смутившись оттого, что между нами пробежала искра, и отвела взгляд. Зато теперь я поняла, как Изабелла попалась на крючок.
— Вот так правильно, — тихо сказал он. — Хорошо, что он заточен с двух сторон, — избежите лишних хлопот. А теперь покажите мне, как будете нападать. Вперед, убейте кого-нибудь.
Я сделала шаг вперед и ткнула ножом перед собой. Салаи захихикал.
— Все это хорошо и правильно, но лишь в том случае, если ваш противник будет стоять совершенно неподвижно, а вы захотите только поцарапать его и позволить ему бежать. Смотрите.
Он встал рядом и в мгновение ока извлек из глубин своей одежды длинный тонкий нож. Не успела я удивиться, как он шагнул вперед и ткнул ножом довольно низко перед собой, а потом дикарским жестом рванул его вверх.
— Понятно? — Он повернулся ко мне с поднятым ножом. — Колите низко, прямо в кишки, в самое уязвимое место. Это довольно легко даже для слабой девушки. Угодить в сердце или легкие — гораздо труднее, там слишком много костей и требуется большая сила. Поэтому цельтесь в кишки, в самом низу, почти у паха, а затем, чтобы довести дело до конца и убедиться, что противник больше не доставит вам неприятностей, изо всей силы рваните нож вверх, пока он не упрется в ребра. Так пострадают все основные органы. Это все, что вам нужно, чтобы убить человека. Он истечет кровью так же быстро, как если бы вы перерезали ему глотку. — Салаи улыбнулся и спрятал свой нож. — А теперь попробуйте вы.
Не успел он договорить, как я сделала выпад вперед, он даже вздрогнул от неожиданности. Нож я держала правильно, лезвием вверх. Я запомнила, что наносить удар следует низко, а затем резко рвануть лезвие вверх, не зная жалости.
Пораженный Салаи одобрительно защелкал языком.
— И это благородная женщина из добропорядочного семейства? Вы быстро обучаетесь, монна Лиза. Можно подумать, вы росли на улице.
