Итак, Попедия и его товарищей захватили Сервилий Ватия и Клавдий Пульхр. Почему они их не убили, как проскриптов из Волатерр? Потому что это были знатные италики и они могли пригодиться. Как вы помните, по моей версии Метеллы, продвигая Лепида в консулы в 79, уже в 78 предполагали начать силовой демонтаж сулланского режима, а если бы Сулла не умер в начале 78 и Лепид не взбрыкнул и не начал свою игру, расстановка сил была бы иной, во главе сулланцев стоял бы сам Сулла, и они бы не были так неожиданно ослаблены, и в борьбе с таким врагом Метеллам бы пригодились любые люди и средства. Они, я думаю, решили, что если вскоре начнется новый открытый конфликт с Суллой, с пленными вождями италиков они смогут в нужный момент договориться, пообещать им свободу и ещё какие-то ништяки и предоставить им возможность продолжить войну против Суллы, их архиврага.
Что Метеллы сделали с Попедием и его друзьями? Понятно что, оставили под рукой, посадили в частную тюрьму. Акт этот был абсолютно противозаконным. Проскриптов по закону должны были либо казнить, либо отпустить в изгнание, порабощать и держать их, римских граждан, в тюрьме, было чистейшим произволом и злодейством. Вспоминаем Плутарха:
Сервилий ещё в конце 79 года уехал из Италии в Киликию, делами Метеллов остался управлять Клавдий, пробывший в Италии аж до начала 77 года, ему, конечно, оставили все «ключи», соответственно, он и контролировал италийских пленников.
Примеры, как такие дела делались в Риме в те времена.
(1) Цицерон, из речи в защиту Клуенция (речь идёт о знати города Ларин в Апулии, дело происходит в 70-х):
В Ларине жила некая Динея, теща Оппианика; у нее были сыновья, Марк и Нумерий Аврии, Гней Магий и дочь Магия, вышедшая замуж за Оппианика. Марк Аврий в юности был взят в плен под Аскулом во время Италийской войны, попал в руки сенатора Квинта Сергия — того самого, который был осужден за убийство, — и находился у него в эргастуле. Брат его, Нумерий Аврий, умер, назначив своим наследником своего брата, Гнея Магия. Впоследствии умерла и Магия, жена Оппианика. Наконец, умер и последний из сыновей Динеи, Гней Магий; он оставил своим наследником молодого Оппианика, сына своей сестры, с тем, однако, чтобы тот разделил наследство с его матерью Динеей. Но вот Динея получает довольно точное и достоверное известие, что ее сын Марк Аврий жив и находится в рабстве в Галльской области. Когда у этой женщины, потерявшей всех своих детей, появилась надежда возвратить себе единственного сына, какой у нее остался, она созвала всех своих родственников и друзей своего сына и, в слезах, стала их умолять, чтобы они взяли на себя труд разыскать юношу и вернули ей сына, единственного, которого судьбе было угодно сохранить из ее многих детей. После того, как она дала ход этому делу, она тяжело заболела; поэтому она составила завещание, отказав этому сыну легат в 400.000 сестерциев и назначив главным наследником уже названного мной Оппианика, своего внука. Через несколько дней она умерла. Все же ее родственники, в соответствии со своим решением, принятым ими при ее жизни, отправились после ее смерти в Галльскую область, на поиски Марка Аврия, взяв с собой человека, сообщившего, что он жив.