Он был жив и даже не очень помят — длинный и глубокий порез через весь висок, рассеченная бровь и шишка величиной с кулак на затылке. Но он был без сознания. Пульс был глубоким и ровным. Я не медик, но на всякий случай решил, что это хорошо. Потом вернулся к Алисе.
— Он жив.
Она сразу же замолчала и уставилась на меня с открытым ртом.
— Он жив, но без сознания. Видимых тяжелых ран нет. Сейчас мы погрузим его на лошадь и как можно скорее уберемся отсюда. Я очень надеюсь, что вы собрали свои вещи, потому что иначе придется отправляться без них.
Алиса молчала и смотрела на меня.
— Алиса, закрой рот, соберись с мыслями, и ответь мне — вы собрали свои вещи?
Она захлопнула рот с такой силой, что клацнули зубы, моргнула, сказала "да" и, вскочив, побежала к брату. Я сплюнул на землю, выругался, досчитал до десяти и пошел за ней. После марш–броска по лесу жутко разболелась нога, поэтому пока я доковылял до Альфа, Алиса успела оценить его состояние. Как только она поняла, что пациент скорее жив, чем мертв, вся ее самоуверенность мгновенно вернулась.
— Он без сознания. Его никуда нельзя перевозить, — она глядела на меня так, будто я нес личную ответственность за плачевное состояние ее брата. — Надо подождать пока он придет в себя. Если у него сотрясение мозга, то он должен несколько дней полежать без движения. Иначе это может отразиться на его здоровье. Если бы ты не уехал утром…
Полежать! Если бы я не уехал!
Все свое терпение я исчерпал в борьбе с Пуговкой, а сейчас пришел конец и его резервным запасам. Я взял Алису за отвороты курточки и поднял до уровня своих глаз.
- - Послушай, ты… дрянь мелкая… я — не Альф. Я не буду терпеть твои выходки и закидоны. Делай, что я тебе говорю, и не задавай лишних вопросов, ясно?
Вместо ответа она пнула меня коленом в пах. Вернее, хотела попасть в пах, но попала в аккурат по ране, что было лишь немногим лучше. Мне очень хотелось свернуть ей шею и одновременно с этим хотелось рассмеяться. Все было настолько плохо, что где‑то и в чем‑то стало даже хорошо. Знать бы только — где и в чем. С тех пор, как я встретил Виктора, все шло исключительно вкривь, вкось и наперекосяк. Вот и не верь после этого приметам.
Я поставил Алису на землю и пошел к лошадям. Алиса семенила за мной следом. О лошадях наверняка я знал только то, что одна их половина ест траву, а из второй половины эта трава выходит уже в переработанном виде. Поэтому я выбрал жеребца с самыми добрыми глазами. Алиса смотрела, как я подгонял стремена по своему росту и избавлял коня от лишнего груза. Наконец она не выдержала.
— Ты собираешься уезжать?
— Да.
— Куда?
— В Тако–Ито.
— А как же мы?
— Не переживай. Скоро у вас не будет недостатка в компании.
— Почему?
— Я полагаю, что Болтун — тот мальчуган, который ускакал на своей лошадке, вернется не один.
— А он может вернуться?
— Родная моя, — я говорил почти ласково, — "может$1 — это из области вероятностей. Он вернется. Он обязательно вернется, чтобы узнать, зачем ты пришила его приятеля Лисенка.
— Я его убила?!
Все это походило на карнавал безумия. До Алисы стало постепенно доходить, что дела обстоят несколько серьезнее, чем она напредставляла себе.
— Я приведу лошадей. И… у Альфа должен быть нашатырный спирт.
— Хорошо.
От нашатырного спирта Альф пришел в себя. Он сел на землю и его вырвало.
— У меня сотрясение мозга — мое появление его совсем не удивило. — Я вряд ли смогу ехать верхом.
— Придется. Пребывание на этом месте может фатально отразиться на твоем здоровье, — я поглядел на Алису, но она смолчала.
Альф был слишком слаб, чтобы спорить.
— Хорошо. Только дай мне пять минут, чтобы немного прийти в себя.
— Только пять.
— Почему ты вернулся?
- - Моя проклятая кобыла завезла меня почти до Черной топи. Пришлось возвращаться. А потом она захромала, и я услышал крик.
— Это, наверное, я кричал.
— Не знаю. Как бы там ни было — я здесь.
— А кобыла?
— Учитывая то, что в моем мешке было полторы тысячи талеров, я думаю, что она пошла искать какие‑нибудь лошадиные кабаки или бордели. Не знаешь случайно, лошадей в казино пускают?
Альф слабо улыбнулся. Алиса закончила бинтовать ему голову (по–моему — ночной рубашкой) и молча вернула мне банку с мазью. Мази оставалось чуть. В Тако–Ито надо будет заказать целую бочку. А лучше — две или три. Потом мы помогли ему забраться на неказистую лошаденку каурой масти. Альф вцепился руками ей в шею и сказал:
- - Я готов.
В этот момент зашуршали кусты. Я схватился за меч, но кусты раздвинулись, и оттуда появилась… Пуговка. Она обвела всех своими глазами, сделала губами "п–пф–ф-ф–фр–р" и принялась спокойно щипать траву. Жизнь, похоже, налаживалась. Нельзя сказать, что меня очень расстроила бы потеря золота — у Виктора было еще много, но в мешке лежал арбалет, который мне на заказ сделали гномы–оружейники из Вейонеса. Я подошел к Пуговке и снял с нее свои вещи.
— Молодец, старушка. Грамоту за честность ты заработала, но работу лошади героя потеряла. — Я отсалютовал ей и начал расстегивать подпругу.
— Стой, — Алиса нарушила свой обет молчания. — Я поеду на ней.
