— Ты же говорила, что это паршивая лошадка.
— Я ошибалась. Эта лошадка поумнее многих, — взгляд Алисы не оставлял сомнений кого именно поумнее старая пегая лошадь.
— Тебе виднее. Ты ж вроде ей, как крестная мама. Только имей ввиду, что у нее что‑то с ногой. Она хромает, а мы не можем задерживаться.
Алиса присела перед Пуговкой на корточки, выдернула щепку, застрявшую между подковой и копытом, и повертела ею перед моим носом.
— Ее давным–давно следовало перековать.
Я сделал последнюю попытку:
— Она страдает водобоязнью. Мы больше не будем объезжать каждую лужу. Я не буду ждать ее ни секунды.
— Все будет хорошо.
Несмотря на мои опасения, двигались мы в относительно приличном темпе. Задержки происходили только из‑за Альфа, которого постоянно тошнило. Когда подъехали к первому ручейку, возле которого в прошлый раз Пуговка впала в ступор, я приготовился произнести загодя заготовленную фразу о круглосуточных живодернях. Однако эта животина спокойно прочапала по воде и обернулась только на другом берегу. Я готов был поклясться, что она мне подмигнула. Следовало признать, что с лошадьми Алиса управлялась лучше, чем я. После "мелкой дряни" она демонстративно игнорировала мое присутствие. Я от этого не страдал, Альф — просто не замечал, занятый борьбой со своим организмом. Но долгое молчание было не в характере Алисы. Через полчаса я заметил, что она беседует с Пуговкой. Слов не было слышно, но, судя по интонации, она жаловалась на черствость и бессердечие некоторых представителей нашей экспедиции. Пуговка прядала ушами и всем своим видом соглашалась с девушкой. Я усмехнулся про себя — женский заговор в отряде Питера Фламма. Кому из старых знакомых сказать — от смеха подохнут.
В этот раз, для разнообразия мне достался вполне приличный коняга. Он был, видимо, очень молод; определенно — очень глуп, но нрава добродушного и веселого. Мы с ним хорошо поладили. Я даже хотел дать ему какое‑нибудь имя, но ничего не придумал и назвал его просто Конь. Конь бодро топал за пегой кобылой, и я начал даже задремывать, убаюканный его ровным ходом.
Алисе надоела беседа с лошадью. Она придержала пегую и поравнялась со мной и Альфом.
— Нам пора сделать привал, — она указала на солнце, которое уже наполовину скрылось за горизонтом.
Я поглядел на Альфа. Ему было очень плохо, но он держался.
— Нет. Он еще может ехать.
Алиса тоже посмотрела на брата.
— Ты — скотина. Бесчувственный чурбан.
— Да, — спокойно сказал я.
Этот ответ ее немного обескуражил.
— Ты что хочешь, чтобы он умер?
— Нет. И именно поэтому мы будем ехать до тех пор, пока он сможет держаться в седле.
Алисе понадобилось некоторое время, чтобы обдумать эту фразу.
— Куда мы едем?
— Я уже говорил — в Тако–Ито.
— Но нам не надо в Тако–Ито.
— В Фаро вам не надо тем более. Ты знаешь, кто такой Большой?
— Нет.
— Это глава одной из семей. Его резиденция находится в Фаро. У Большого до недавнего времени было три генерала — Крест, Лисёнок и Болтун. Креста неделю назад убил я. Случайно. Сегодня ты убила Лисенка. Нарочно. Болтуну удалось уйти. Ты еще хочешь ехать в Фаро? Если да, то слушай дальше. Альф говорил мне, что подозревает, что разбойники, напали на вас не случайно…
— Да, он говорил, что…
— Он был прав. За вами охотятся люди Большого. Зачем — я не знаю. Поэтому мы едем в Тако–Ито.
— Но нам не надо в Тако–Ито.
Я рванул поводья так, что мой Конь чуть не сел на свой зад. Он повернул голову и укоризненно посмотрел на меня. Но меня мало занимали чувства Коня. Я был готов высказать все, что думаю о наследниках Квинт. Спас положение Альф, который ехал рядом и прислушивался к разговору.
— Прекрати, Алиса… Делай что он скажет.
Алиса заткнулась и дальше, к счастью, ехали молча.
На ночлег расположились, когда уже совсем стемнело. Я бы продолжал ехать дальше, но лесок становился гуще и наша крейсерская скорость упала почти до нуля. Разводить костер я запретил, да в нем и не было особой необходимости — есть было нечего и ночка была довольно теплой. Я присел у дерева, положив рядом с собой заряженный арбалет. Алиса и Альф расположились напротив. Я почти сразу начал дремать, но брат с сестрой долго шушукались, но, наконец, затихли и тогда я тоже заснул со спокойной совестью.
Под утро стало холодно. Выпала роса и одежда стала влажной. Солнце уже взошло, но здесь его еще не было видно. Я разрядил арбалет и начал седлать лошадей. Когда закончил, Альф и Алиса проснулись. Младший Квинт выглядел гораздо лучше, чем вчера.
— Доброе утро, Макс.
— Угу.
— Макс, что мы будем делать в Тако–Ито?
— Еще не знаю. Посмотрим по обстоятельствам. Надо вначале добраться туда.
— Его зовут не Макс, Альф. Его зовут Питер. — Алиса демонстративно не смотрела в мою сторону.
— Да, — я не стал ждать вопроса. — Меня зовут Питер. Питер Фламм.
Это имя им ни о чем не сказало. Ну и прекрасно.
— Но почему…
