– Почему отец от меня отказался, ма? Почему?! – зло откидывая одеяло в сторону, выкрикивает Артем.Его губы сжимаются в тонкую полоску, дрожат. В голубых глазах плещутся слезы.– Я ведь каждый раз, когда на воротах стою, думаю: вот бы он увидел, от кого отказался! Узнал бы, что я – самый лучший вратарь и подавился своим отказом!– Поверь, отцу лучше не знать, – погладив его по взъерошенным волосам, шепчу осторожно.– Я нашел его аккаунт в сети, – помолчав немного, признается сын.Распахиваю широко глаза.– Зачем, Артем?!
– Давай, Волошин! Давай же, ну! – резкий окрик тренера заставляет мое сердце сжаться. Сегодня важный день. Сегодня моему сыну исполняется восемь лет. Я с утра одета по-спортивному: джинсы, футболка и легкие кеды. Длинные волосы собраны в «хвост».
Здесь, на трибуне городского стадиона, я переживаю по-настоящему, и крепкая рука мужа не успокаивает. Ведь там, на футбольном поле, за успех команды сражается мой сын. Жаркий август в разгаре, мяч летит через поле, Артем на воротах. В голубых, еще детских, глазах такая уверенность, что по коже летят мурашки.
Команда на подхвате, ребята слаженно пасуют мяч друг другу, и вдруг соперник врывается в круг и уводит подачу. Удар, и мяч летит в ворота.
Сосредоточившись, мой сын прикрывает ворота, отбивает подачу, но быстрый соперник с хамоватой усмешкой успевает поставить ему подножку. Артем летит на жесткое покрытие. Пытается встать на ноги и бледнеет.
Мое сердце обрывается и летит куда-то вниз. С губ срывается вскрик.
– Олег, что с ним?!
Макаров хмурится.
– Сейчас разберемся.
Торопливо целует меня в макушку, будто успокаивая, и пробирается к через трибуны к полю. Я дергаюсь, бегу за ним следом. Просто не могу оставаться на месте, когда с моим сыном произошло что-то нехорошее.
Слышен свисток – матч остановлен.
– Я не уйду! До конца игры совсем немного! Я лучший вратарь! – сопротивляется замене мой сын. Стиснув зубы, он пытается вернуться к воротам, но нога совсем не слушается, и он зло смотрит на задиру из команды соперников, который вывел его из игры.
– Оль, побудь с ним, я подгоню машину. Похоже, придется ехать в травмпункт, – озабоченно командует Олег. – Отцу позвони, он же нас искать будет!
Объятая тревогой, я киваю. Заставляю Артема сесть на лавку и достаю из кармана мобильник.
Взлохмаченный, взмокший, Артем похож на злого воробышка. Отчаянно рычит, специально отодвигаясь от меня подальше.
– Мам, не надо меня жалеть! И гладить тоже не надо! Хочешь, чтобы в команде засмеяли?!
– Ох уж этот твой футбол! – шепчу, едва сдерживая слезы и начинаю набирать номер отца.
Два года назад Артем заявил, что хочет стать футболистом. С тех пор наша семейная жизнь похожа на один бесконечный футбольный матч: мы проводим время на тренировках и соревнованиях, и нет ни одного матча, который пропустили бы по телевизору. Втянулись все: мой папа, Олег и даже Прохоровы!
А ведь я была уверена, что Артему надоест и он быстро бросит футбол. Но я ошиблась: ребенок упорно идет к цели.
…В машине мы молчим. Я помогаю сыну прикладывать холод к поврежденной ноге, Олег уверенно гонит авто вперед, к ближайшему травмпункту.
– Сходили на матч! – вздыхаю я.
А ведь у нас были планы: сначала матч, потом поход в пиццерию и в парк развлечений. Теперь же нас ждет больница.
Олег ловит мой взгляд в зеркале.
– Оль, ну хватит драматизировать! Подумаешь, растяжение? – строго резюмирует он. – Ничего страшного. Пиццу можно и домой заказать.
– Артем, как нога? Больно? – не унимаюсь я.
Сын, стиснув зубы, отрицательно мотает головой, но опухшая лодыжка намекает на то, что растяжением не отделаемся.
В травмпункте нас отправляют на рентген, а следом накладывают гипс.
Две недели полного покоя.
– А как же тренировки?! – Артем растерянно смотрит на травматолога своими ясными голубыми глазами.
Тот разводит руками.
– Хочешь вернуться в спорт – соблюдай все рекомендации. Травмированные футболисты на поле не нужны.
– Это все Кузьмин виноват! – сжав кулаки, рычит мой сын. – Ну ничего, смеется тот, кто смеется последним! Матвей говорит, что в бою побеждает тот, кто умеет затаиться и ждать. Я подожду!
В его глазах плещется такая ярость, такая решимость, что мне становится страшно.
Олег понимает, что Артем не позволит ему донести его до машины, и подставляет мальчику свой локоть.
– Так, герой, опирайся.
Тот осторожно соскальзывает с топчана на здоровую ногу и впивается Олегу в руку.
В коридоре уже дежурит мой папа. Он должен был подъехать на матч чуть позже, сразу с ночного дежурства, а получается, приехал в больницу.
– Артем, как это случилось?! – Папа встревоженно смотрит на внука.
– Кузьмин, сука, подрезал!
– Артем, что за слова?! – вспыхиваю я.
– Ничего, до свадьбы заживет, – ободряюще улыбается тестю Олег и тут же строго смотрит на пасынка. – А ты при маме чтобы не выражался! Никогда! Запомни!
Папа приходит на помощь, и они вдвоем с Олегом ведут Артема по узкому коридору отделения травматологии к выходу. Сжимая в руках сумочку, я бегу следом за ними. Не верю, что это происходит с нами!
Пицца, приставка и телевизор – какой печальный конец летних каникул! И это в день рождения.
– Артемка, а ты книжку почитай, все веселее будет, – подмигивает внуку мой папа.
– Деда Ваня, я их еще в июле все перечитал.
– И «Тома Сойера» прочел?
– Прочел, дедушка.
– А «Приключения Электроника» читал?
– Не читал.
– Отлично! Завтра я тебе эту книгу привезу. А еще фильм можем посмотреть.
– Как скажешь, дедушка.
