Снова вспомнив её теплую кухню с цветными полотенцами, я понимаю, что не хочу возвращаться в свою огромную холостяцкую квартиру, обставленную известным дизайнером новомодными штучками. Мне там холодно, не уютно. Я словно в музее. А мне хочется вдохнуть в нее жизнь, добавить красок. Хочу проснуться утром и обнаружить на полу разбросанные вещи, которые мы скинули в порыве страсти ночью, раскинутся голышом на смятые простыни и обнять любимую и желанную женщину. Хочу по утрам печь для нее блины. Сам, потому что знаю, что она их очень любит на завтрак. Я даже готов уничтожить дорогущий дизайн ванной комнаты, и прибить посреди стены полочки для её кремов, шампуней, бальзамов.
Черт, я думал, что после нашего расставания, я не смогу даже смотреть на нее, и уж тем более прикоснуться. А на деле, я не просто прикасаюсь, я хочу прикасаться, ласкать, целовать и любить. Я хочу её любить. Но при этом, на душе, словно кошки скребутся, воспоминая о прошлых обидах. Я, наверно, не смогу ей довериться:
трахать — да,
даже любить — да,
но верить — нет.
Глава 15
После того непонятного вечера прошла неделя. На удивление общались мы на работе нормально, даже дружественно, ни коем образом не касаясь темы внезапного поцелуя и его бегства после него.
— Анастасия Николаевна, погоди — слышу издалека знакомый голос, выходя из кабинета главного врача. Олег спешит мне навстречу со стороны регистратуры.
— Что случилось Олег Евгеньевич? — официально спрашиваю я, так как мимо проходят коллеги.
— Как настроение у Игишева? — новый пациент отдела хирургии уже четвертый день держит нас в нервном напряжении.
— А какое настроение может быть у человека после ампутации ноги? — отстранено спрашиваю я.
— Покончить с собой он будет ещё пытаться? — Олег серьезен и я его понимаю, такое ЧП никому не нужно, ни лично ему, ни отделению, ни клинике.
— Я не знаю, Олег — честно говорю я, мы останавливаемся посреди коридора, хотя до моего кабинета около десяти шагов — Он танцор с мировым именем, его ноги несут ему основной заработок. А сейчас, после аварии получается, что он выброшен за борт собственной жизни. Карьера рухнула, еще и жена от него ушла. Вчера приперлась сюда и бросила ему в лицо ключи от квартиры.
— Что мне с ним делать, Насть? — вымученно спрашивает коллега.
— Наблюдать. Я выписала ему сильнодействующие антидепрессанты. Пока он их принимает, он стабилен. Но что будет, когда курс закончится, я не знаю. Он не хочет жить.
— Хреново. Настя, а ты можешь…
— Олег Евгеньевич, добрый день — слышим мы мелодичный голос за моей спиной. Олег поднимает взгляд на женщину, стоящую за мной, и не знает, как реагировать. Впрочем, я тоже замираю от неожиданности.
— Мама, а ты что здесь делаешь? — наконец, спрашивает Олег.
— Ну, если ты не соизволил сегодня приехать к маме, мама сама приехала к тебе.
Мою спину прожигает взгляд моей бывшей свекрови, и мне приходится развернуться.
— Добрый день, Маргарита Павловна — смущенно произношу я.
— Настя? — мама Олега шокирована и от удивления больше не находит слов, а только смотрит, то на сына, то на меня.
— С днем рождения — поздравляю я её.
— Спасибо, милая — она подходит ко мне и обнимает, нежно с трепетом — Вот видишь, даже сноха помнит о моем празднике, а сын…
— Я послал тебе цветы — оправдывается Олег, хотя знает, что это не аргумент.
— Но не приехал лично — настаивает мама — А я соскучилась. Настенька, а что ты здесь делаешь? — Маргарита смотрит на меня очень внимательно.
— Работаю — тихо отвечаю я, ощущаю себя кроликом перед удавом. Хотя маму Олега я очень люблю и она всегда ко мне очень хорошо относилась, но все же напряжение между нами сейчас запредельное.
— В отделении Олега? — допытывается она.
— Нет, я психиатр.
— Как? Вы же учились на одном потоке.
— Послушай мама, ты сейчас не вовремя, пока мы с тобой болтаем, у нас пациент повесится. Нам надо идти — Олег обнимает меня за талию и ведет в сторону.
— Мама всегда не вовремя. Я уже привыкла. Ну, ладно, идите — рука Олега на моей талии не ускользает от внимания мамы, и она очень странно смотрит на нас — Стоп. А поцеловать маму.
Олег отпускает меня и подходит к маме. Она что — то шепчет ему на ухо, а он морщится и целует ее в щеку.
— С юбилеем. Я люблю тебя, мам.
— Спасибо, родной.
Она разворачивается ко мне и вопросительно смотрит, ожидая моих действий. Не могу я развернуться и уйти, к тому же я знаю, чего ждет Маргарита Павловна. На ватных ногах подхожу к ней, и она сама обнимает меня.
— До свидания.
— Береги себя, деточка.
****
Рабочий день закончился позднее обычного. На улице давно стемнело. Я устало выхожу из больницы, кутаясь в плащ. Ветер сегодня ледяной. Но через минут десять я смогу укутаться в теплое одеяло и, наконец, уснуть.
— Настя.
— Маргарита Павловна? — я удивленно смотрю на свекровь, стоящую в стороне от основного входа — Что вы здесь делаете?
— Жду тебя. Можем мы поговорить, например, в кафе?
Женщина давно меня ждет, от холода ее немного знобит. Сколько времени она здесь стоит, я не знаю. Но от того, что ей пришлось меня ждать на улице, становится жутко не удобно.
