Она бросилась в дом, я пошел следом. Он мгновенно успокоился у груди. Лицо у нее было заплаканное и покрылось пятнами, глаза дикие.
- Ты хоть поспала? - спросил я.
- Шутишь? - прошипела она. - Я же сказала не увозить его. Я все время смотрела на улицу и ждала. А ты даже на телефон не отвечал.
- Извини. Дома забыл.
Я хотел ее обнять, но она отстранилась.
- Я представляла себе всякие ужасы. Мне казалось, на вас могут напасть, или врежется пьяный водитель. А если бы в тебя попала шальная пуля?
-Ханна, спокойно. Шальная пуля? Мы где живем?
У нее в глазах стоял страх.
- Плевать. Мне все время это мерещилось. Никогда больше так не делай. Никогда. Понимаешь?
Я кивнул. Никогда еще не видел ее такой неуравновешенной.
Я наблюдала, как Кристофер чистит зубы, стараясь не выдать, что я за ним слежу. Он оставил дверь нараспашку, хотя обычно закрывал ее, чтобы не разбудить нас с Коулом. Он изо всех сил делал вид, что не пытается следить за нами, но именно поэтому он оставил дверь открытой. Утром после того ночного спектакля он посмотрел на меня как на инопланетянина.
Я и сама себя не узнавала. Я проверила, что Коул спит у себя в люльке, и тихонько вышла к Кристоферу в ванную. Я оперлась о столик. Я едва могла стоять от усталости. Он не поднял глаз.
- Извини. Мне не надо было так истерить ночью, - щеки у меня горели от стыда.
- Все хорошо. Ты просто очень вымоталась, - он сплюнул пасту и сполоснул рот.
- Это так странно. Раньше со мной такого не бывало. Я не могла не представлять себе все это. Оно выглядело таким реальным, - сегодня утром ночь казалась страшным сном.
- Гормональный послеродовой всплеск очень сильный, но скоро все пройдет, - сказал он. - Все наладится.
Это были слова поддержки, но они казались вымученными, и он все еще не поднимал на меня взгляда. Почему он на меня не смотрит? От этого становилось еще неуютнее, словно и так не было достаточно странно.
- Я бы очень хотел, чтобы ты позволила мне остаться сегодня дома.
Я покачала головой.
- Они уволят тебя, если ты не будешь приходить на работу.
Меньше всего нам сейчас было нужно, чтобы Кристофер остался без работы. Еще одного повода нервничать я не вынесу.
В последующие дни легче не стало. Джейни явно поставила себе цель все усложнить. Она снова стала ходить в трусы. Ей не мешали ни грязь, ни запах.
- Мама, я покакала, - певуче звала она. - Переодень меня!
Иногда она стояла прямо передо мной в гостиной и начинала писать, глядя мне в глаза. Я кричала ей бежать в ванную, а она лишь пожимала плечами.
Я хотела отдохнуть, но стоило мне сесть на диван, как Джейни звала меня на помощь. Раньше она всегда стремилась быть независимой и справляться со всем сама, теперь же ничего не могла без моей помощи, и ей непременно было что-то нужно ровно тогда, когда я заботилась о малыше. Мне хотелось забраться под одеяло и проспать несколько дней подряд. В какой-то момент я чуть не сдалась и не наняла няню, как хотел Кристофер, но, насколько я ни была уставшей, на это я пойти не могла. Элисон справилась с близнецами, а значит, и я должна справиться со своей семьей.
Я всегда спрашивала Джейни, нужно ли ей что-то, перед тем как покормить Коула или еще что-то с ним делать, если это должно было занять дольше пары минут, но она всегда отвечала нет, а потом в середине процесса набрасывалась с требованиями. Так что ничего удивительного, что в тот день она прибежала с криками «Я хочу пить».
Я сдержалась, чтобы не закатить глаза.
- Ты можешь сама взять свою чашку со стола? Кажется, там оставалось молоко, - я быстро научилась держать для нее питье и перекус в легкодоступных местах. Так она чуть реже меня звала. Главное, быть на шаг впереди нее.
Она нахмурилась.
- Я не хочу то молоко.
- Оно еще холодное. Оно не так давно стоит, - Джейни ненавидела теплое молоко. Я тоже ненавидела теплое молоко. В детстве мама пыталась поить меня горячим молоком, когда я не могла заснуть, и тогда мне это тоже не нравилось.
- Нет Я хочу это молоко.
Я огляделась.
- Ты о чем?
Она показала мне на грудь.
- Вот это. Я его хочу.
Я посмотрела, как Коул сосет мою правую грудь. Попыталась прикрыться блузкой, вдруг почувствовав себя обнаженной.
- Эээ... Тебе его нельзя.
- Почему?
Я сглотнула.
- Потому что... Ну, Коул младенец, а молоко у меня в груди подходит только для младенцев. Когда он подрастет, он тоже не будет его пить. Он будет пить такое же молоко, как и ты.
У нее в глазах сверкнул вызов.
- Так нечестно. Я хочу это молоко. Оно лучше.
- Оно не лучше. Оно... другое. В нем содержатся специальные вещества,
чтобы младенец не болел. Подожди минутку, и я налью тебе свежего молока из холодильника.
- Нет Я хочу это, - с каждым словом она повышала голос.
Я спрятала грудь. К счастью, Коул уже наелся и плакать не будет. Он сыто задремал, и я положила его в люльку. Одернула блузку, разглаживая ее спереди.
- Дай мне свое молоко, - она схватила меня за грудь.
Я отстранилась.
- Нет, Джейни, прекрати.
Она ухватила меня за грудь и больно сжала.
Я инстинктивно ударила ее по руке.
- Ой! Больно!
Она подпрыгнула и пнула люльку.
