«Женщина – зло!» – уверен Глеб последние два года. Одна конкретная женщина по фамилии Смородинка. Она же Ягодка. Только волчья. Губительница его нервов и разорительница счета в банке. А все потому, что просто хотел отличного специалиста, чтобы пахала за пятерых, а получала как все. И теперь хоть самому увольняйся. А он не может. Он – владелец. В этой офисной войне выживет только один.
– Ягодка, ты сегодня хороша как никогда, – раздался за спиной Эмилии глубокий мужской голос с насмешливыми нотками. – Я б с таких видов каждый день начинал!
– А не пойти бы тебе, Глеб, – Эмилия, вздохнув, проглотила посыл. Нельзя туда посылать начальство, даже если очень хочется, – в свой кабинет?
Она на четвереньках стала выбираться из-под стола. Какие «виды» она сегодня явила самому высокому начальству, знала точно. Ну почему сама полезла проверять подключение? Можно же было вызвать кого-нибудь из парней, но зачем, когда сама умеет? Ну и вот, получите.
А сегодня как раз встреча, на которую она собиралась с особой тщательностью: серая юбка-карандаш длиной чуть ниже колен, зато с довольно глубоким разрезом спереди, бледно-желтая рубашка мужского покроя с расстегнутыми тремя верхними пуговками и закатанными до локтей рукавами, бежевые туфли на шпильках. А еще ведь макияж, укладка, чулки… Как не на презентацию собралась. Зато чувствовала себя уверенно.
Выбравшись попой вперед, поднялась с колен, оправила юбку, сдула с лица выбившуюся прядь и только потом развернулась к начальству.
«Засранец!» – мысленно отметила раздраженно-восхищенно. Строгий темно-синий костюм сидел на Глебе идеально, подчеркнув широкие плечи. От белизны рубашки слепило глаза. В начищенные туфли можно было смотреться как в зеркало. Шелковый галстук идеально сочетался с костюмом. Сразу видно – он тут самый главный. И вот если бы заказчиками были женщины, то контракт бы подписали незамедлительно и не глядя. Эмилия была в этом уверена. Но, увы, придут зануды, жадные до каждой копейки, и весь образ босса призван не его сексуальность показать, а солидность.
– Ягодка, вот бы ты каждый день в таком виде на работу приходила, – мечтательно произнес Глеб. – М? – черная бровь выгнулась дугой. Эмилии нестерпимо захотелось пальцем вернуть ее в нормальное положение.
– Желаете самодурствовать и тиранить? – Эмилия, сложив руки на груди, притопывала ногой. В туфлях на каблуках это делать было неудобно, но она справлялась. – Приказ о дресс-коде и буду приходить на работу так каждый день.
– Нет, Ягодка, ты допросишься, – тяжко вздохнул Глеб. Эта женщина его до нервного срыва когда-нибудь доведет. Но лучше… Он бросил взгляд на кожаный диванчик, стоящий в переговорной. Эмилия тоже повернулась в сторону дивана. Вскинула брови. Скулы шефа покрылись румянцем.
– Нет, ну если соберешься, то я сверху, – четко произнесла Эмилия. – Терпеть не могу, как к телу прилипает эта дурацкая экокожа, – выдав эту провокационную фразу, покинула переговорную под цокот каблучков и непечатные ругательства в очередной раз доведенного начальства. Нет, ну а что? За свои слова нужно отвечать.
Эмилия очень любила этот маленький ресторанчик итальянской кухни. Конечно, адаптированной под местные реалии. Но все равно здесь было уютно, в основном спокойно и днем немноголюдно. А еще здесь варили потрясающий кофе: капучино, латте карамельный и шоколадный. И подавали чудесные ягодные пироги.
Вот и сегодня, устав работать дома, а фриланс дело такое, пошла прогуляться и проветрить мозги. Не отказала себе в удовольствии заглянуть в любимый ресторанчик. Заняла самый дальний столик, стоящий у окна и рассчитанный на двоих.
– Шоколадный латте и пирог с лесными ягодами, пожалуйста, – улыбнулась подошедшей официантке. Почему к лесными ягодам были отнесены смородина, малина и клубника, она не знала, но пирог вкус имел насыщенный, с легкой кислинкой, а воздушное тесто просто таяло во рту. Такой себе набор – прощай фигура. Придется чуть увеличить физическую нагрузку, ну и ладно. Шоколадный латте и пирог стоили этого!
Заказ принесли быстро, и, пожелав приятного аппетита, официантка ушла. Эмилию хорошо знали здесь, она тут часто сидела с ноутбуком, поэтому поглядывали в ее сторону, но пока не позовет – не подходили.
В этот раз тоже ничто не предвещало беды. Эмилька, попивая латте, смотрела в окно, разглядывая цветущие на клумбе тюльпаны и гуляющих прохожих. Складывалось ощущение, что в будний день никому на работу не надо. А ей сегодня хоть часть проекта добить нужно, а то заказчик нервный попался, а предыдущий программист накосячил. Ну как накосячил? Она бы лично его за такое прибила и навечно разжаловала… Задумалась, в какую бы профессию сунуть нерадивого исполнителя, чтобы польза перевесила вред.
– Столько сладкого лопать и не толстеть! Эмилька, ты ведьма! – раздалось рядом со столиком жизнерадостное. Вздохнув, она перевела взгляд с окна на улыбающегося молодого мужчину.
– На себя посмотри, Кощей, – протянула, лениво оглядывая Костика с ног до головы. Как был тощ еще в универе, так и остался. Не в коня корм. А ест Костя удивительно много. Но серый свитер все еще сидит мешковато, джинсы стильно потертые, но это от постоянной носки, а не дизайнерский изыск, на голове вечный беспорядок. Расческу, что ли, подарить?
– Не возражаешь? – он взялся за спинку второго стула.
