— Господин вы… — отвлёкшись от раздумья, Фэн Минж наконец бросил взгляд на парня, и лишь подумав о том, что он заметил различия между ним и господином, занервничал — ...очень похудели. Что же с вами приключилось…? — с грустью выдал парнишка, а вот Фэн Минж выдохнул с облегчением, что его не раскрыли.
— Оу, правда? Но боюсь, это ненадолго…. Этот страши брат так меня закармливает, словно желает потом отправить на бойню. — посмеялся парень, пытаясь перевести разговор в шутку, но услышав его слова, лицо слуги похолодело.
— Его Высочество к вам слишком суров. — бросил юноша, и от его уже совсем не детского голоса, Фэн Минж слегка занервничал, не понимая перемену настроения парня.
— Слушай, я тут некоторые моменты подзабыл. Ты ведь сможешь мне напомнить? — подумав, что второй такой возможности может и не быть, Фэн Минж очень хотел разузнать все у этого парнишки, ведь имея информацию можно более детально приступать к плану действий.
— Господин, вы очень изменились… — с удивлением смотря на своего повелителя, словно видя его впервой раз, выдал юноша, заставив Фэн Минжа вновь забеспокоиться.
— Со мной много чего произошло, но это не важно. Прошу, расскажи все, что знаешь — взяв парня за ладони, дабы тот не убежал, Фэн Минж пытался быть максимально добрым и вежливым, вот только стоило ему подержаться за ладони юноши всего пять секунд, как тот тут же отпрыгнул в сторону, словно в руках Фэн Минжа находились угли.
— Господин, прошу.. Не нужно трогать такую грязь как я… — упав на колени, бросил юноша, от чего Фэн Минж впал в шок, а затем в возмущение.
— Господин, прошу, позвольте этому слуге принести вам чистой воды, чтоб вы отмыли свои…
— Не смей! — крикнул Фэн Минж, заставив слугу вздрогнуть и побледнеть, от столь злого голоса своего господина. — Не смей говорить про себя такие ужасные слова, они ложные! — кипел псевдо-господин, вызывая смутно непонятное чувства у сидящего в поклоне парня. — Вот кто сказал тебе, что ты грязный, тот и является самой настоящей заразой, понял? — всё твердил Фэн Минж, которого очень задели слова слуги, поскольку и самому юноше в детстве пытались внушить, что он лишь дерьмо, служащее для удобрения и ничего большего от него взять нельзя.
— Но, господин… — тихо прошептал юноша, после чего затих, вновь опустив голову.
— Раз начал говорить, говори. — строго выдал Фэн Минж, смотря на парня сверху вниз, поскольку тот так и не желал вставать с колен. Юноша все так же молчал и это дало псевдо господину сделать вывод: — Это я называл тебя так? — лишь услышав вопрос, юноша дернулся, от чего Фэн Минж понял, что он все правильно осознал.
— Г..господин, вы все делали для этого слуги, а эти слов… Они ничего не значат! Ой, нет.. то есть ваши слов для меня закон, но они вовсе не ранят и… — юноша тараторил так быстро, от чего Фэн Минжу стало не по себе, осознавая на месте кого он сейчас находится.
Прежде Фэн Минж всегда призирал таких «Господинов», которые унижают и издеваются над всеми, кто ниже их по статусу. Раз в этом дворце все избегают любого взгляда с Фэн Минжем, значит Цзян Шуи хорошо их проработал в своё время, от чего они и сложили о нём не слишком хорошее мнение.
— Прости… — перебил трындение слуги юноша, вызвав у того шок и округление в газах. — Я был не прав, и мне очень жаль, что из-за моих слов ты чувствовал себя ничтожным. Прощу, забудь их и больше никому не позволяй к себе такого отношения.
Фэн Минж говорил искренни и своими речами пытался исправить ситуацию, которую наворотил Цзян Шуи. Парнишка выглядел и впрямь мило, а в его глазах виднелась настоящая чистая душа, от чего Фэн Минж очень хотел, чтоб она там и дальше осталась.
Перед Фэн Минжем ещё ни разу никто не извинялся, хотя он этого очень хотел и понимал, что такие простые слова как «Спасибо» и «Прости» могут излечить даже очень израненную душу, если они произнесены искренни.
Все так же сидя на коленях, юноша смотрел в лицо господина слегка раскрыв рот, словно потерял способность говорить и стал нем, да и сам Фэн Минж не знал, что делать дальше, понимая, что возможно, одного прости тут будет мало и прощение за Цзян Шуи придётся добиваться долго.
Ни то, чтобы Фэн Минж хотел помочь этому юному господину, но будучи в его шкуре парень понимал, что не желает ловить на себе испуганные и злые взгляды слуг. Да и жалко ему их было, ведь услышать от своего господина искренние и теплые слова прощение очень много значат для людей, привыкшие лишь к оскорблениям и побоям.
— Господин…