Престиж партии также растет, причем не только среди рабочих в Милане и Турине. Количество ее членов выросло с тридцати до пятидесяти тысяч, а на выборах 1913 года было избрано пятьдесят три депутата, несмотря на хороший результат (четыре процента) небольшой социалистической партии реформистов, созданной тем временем Биссолати. Это были первые выборы со всеобщим мужским избирательным правом. Социалисткам не удалось добиться права голоса для женщин. Сильное сопротивление в Парламенте оказала ИСП.
Первые три месяца сотрудничества в руководстве Avanti! были почти идиллическими. Анжелика продолжала приобщать Бенито к марксистской идеологии, но молодой романьолец настаивал на своем, претендуя на обновление линии социализма. Он внимательно присматривается к революционным профсоюзным активистам Итальянского рабочего союза (USI) Филиппо Корридони и Альцесте Де Амбрису, которые теоретически и практически проводили политику, сильно отличающуюся от политики Всеобщей конфедерации труда (отделение от ИСП и всеобщая забастовка как инструмент борьбы). Именно Всеобщая конфедерация труда развязала вокруг Милана многочисленные волнения, упорные и безрезультатные.
Турати и Кулишеву по-прежнему беспокоит то, что Муссолини приобретает популярность, они считают его позиции опасными. Они не одиноки: и Лаццари, и Серрати критикуют бланкистскую концепцию редактора Avanti! что должно бы стать тревожным звонком для Балабановой. Но она, еще более непримиримая и радикальная, чем Муссолини, по-прежнему шагает рука об руку со своим учеником. Она встает на его сторону, когда в марте 1913 года созывается руководство партии по инициативе реформистов, которые надеются, что разногласия внутри революционного течения смогут нейтрализовать романьольца. Напрасные надежды: тандем Муссолини – Балабанова только крепнет.
Первая трещина в отношениях между Анжеликой и Бенито появляется в конце марта. Балабанова вдруг понимает, что новая миланская жизнь Муссолини и общественная роль, которую он играет в этом городе, предоставляют ему массу возможностей ускользнуть и завязать отношения с другими женщинами. Она принимает это к сведению и, как терпеливая мать, делает вид, что ничего не случилось. Однако все меняется, причем кардинально, когда в редакции появляется Маргарита Сарфатти.
Образованная, богатая, утонченная, блестящий искусствовед, венецианская еврейка Маргарита Грассини – жена ярого сионистского адвоката, проповедовавшего радикальные идеи. Она впервые слышит о Бенито Муссолини от мужа. Чезаре Сарфатти слушал его выступление на съезде в Реджио-Эмилии и был потрясен этим «замечательным худощавым парнем, с отрывистыми, емкими, пылкими и оригинальными речами». «Запомни это имя, потому что за этим человеком – будущее», – пророчески сказал он жене[149].
Чета Сарфатти с двумя сыновьями, Роберто и Амедео, в 1902 году переезжает в Милан, современный европейский город, центр итальянской культуры и социализма. Маргарита мечтает добиться успеха в только что наступившем веке. Чезаре и Маргарита очень хотят появляться в свете. Они стараются изучить манеры поведения в салонах и культурных кругах. У нее есть друзья-гомосексуалы, она общается с футуристами Маринетти и Сирони, сотрудничает с газетами, слывущими «еретическими» по сравнению с канонической марксистской мыслью.
Она добивается расположения Кулишевой, которая вводит ее в феминистское движение и в круги интеллигенции, пользующейся уважением. Маргарита становится постоянной гостьей Турати и «синьоры Анны». Здесь, в доме 23 у северных аркад на Пьяцца Дуомо гудит «интеллектуальная кузница и руководящий мозг общественной жизни Милана»[150].
Русская синьора была настолько хорошей хозяйкой, отмечает биограф Мария Казалини, что ее цитировал Джованни Ансальдо в учебнике «Каким должен быть настоящий синьор». «Элегантная, непринужденная, интеллигентная, любезная, сдержанная, “аристократичная” королева итальянского социализма обладает «всеми качествами настоящей хозяйки, настоящей precieuse»[151].
Она живет в светлой шикарной квартире, где висит огромный портрет Карла Маркса, ей прислуживает личная горничная. Аккуратная, ухоженная, всегда готовая остроумно пошутить, Кулишева царственна и авторитарна: она очень не любит, когда противоречат ее Филиппино, то есть Турати.
