— Галпин. Не заставляй меня жалеть о сказанном, — психанула она, снимая туфли. Тоненькие ступни опустились на пол, и она выглядела ещё уязвимее, чем раньше. Такая маленькая, хрупкая, чистая.
— Ладно. Сними с меня футболку, — приказал я, собравшись мыслями. По-сумасшедшему глупо было отказываться от того, что она предлагала мне. Я не пай мальчик и не зануда, так почему я должен бесконечно поступать правильно. Наш возраст ведь дан нам для ошибок, верно?
Её маленькие пальчики принялись снимать с меня одежду, и она разглядывала меня, пока я расстегивал молнию на её платье. Кружевная ткань упала вниз, предоставляя мне доступ к её идеальному телу. Шикарные бедра, осиная талия, выступающие косточки чуть ниже, тонкие плечи, от этого всего можно было тронуться рассудком и мне даже казалось, что я уже. Сетчатая чёрная ткань её белья насмехалась надо мной, ведь вообще ничего не скрывала. Оно было прозрачным. Лиф, через который виднелись уже торчащие соски, и стринги, в которых сидели все мои животные пороки. Я знал, что умру, едва добравшись членом до её тела.
Она боялась, и я видел это, но её было не остановить. Она хотела попробовать. И кто я такой, чтобы останавливать её? Вся её кожа покрылась мурашками. Раздев меня до боксеров, она замерла прямо передо мной с бледным видом.
— Ты когда-нибудь видела член? Трогала его? — спросил я напрямую, и она сразу же ответила.
— Только в поучительных фильмах с образовательной целью, — отчеканила она и я улыбнулся.
— Ну, конечно.
— Я справлюсь, — добавился грубый тон.
— Я не сомневаюсь, — прошептал я, раздеваясь перед ней.
Её взгляд сразу же упал вниз. Она напряглась и выглядела испуганно, но не произнесла больше ни слова. Я обвил её руку своей и лишь слегка захватил свой член с помощью её пальцев, издав такой стон, от которого затряслись стекла. Я так хотел её. Во всех смыслах. Но понимал, что она возможно просто экспериментирует. Это ведь была Аддамс. Самая непостижимая девушка в мире. Всего пара движений её руки и я думал, что кончу прямо здесь и сейчас. Каких трудов мне стоило сдерживаться… Я остановил её, и расстегнул её лиф, оголяя её перед собой. Её грудь была небольшой, но настолько красивой и аккуратной, что я жаждал погрузить её в свой рот. Хотел делать с ней такое, чего вообще никогда и ни с кем не делал. Это было что-то, что шло изнутри. Она немного нервничала, когда я рассматривал её.
— Не закрывайся. Ты безумно красивая, — сказал я, бродя взглядом по её мраморной коже.
— Мне нужно что-то делать? — спросила она так по-детски, столь нелепо и наивно, что я готов был улыбаться всё время после этого.
— Я специально показал тебе себя. Ты всё ещё уверена? Это будет больно, — предупредил я её, присаживаясь на кровать. Она стояла передо мной столь красивая в свете тусклого ночника и пыталась казаться смелой.
— Я уверена, — сказала она дрожащим, но настойчивым голосом, перебирая на месте стройными ножками.
— Тогда ложись, — указал я на кровать.
Она буквально сразу послушалась. Легла передо мной, сжимая колени и спрятав свою грудь руками. Я аккуратно отвёл её руки в стороны за запястья и залез сверху, придавливая её к матрацу. Вид её глаз отправлял меня в нокаут. Я не знал, что мы вообще такое творим. Но очень хотел стать её первым.
Я начал целовать её губы, самые красивые в мире губы, и она поддавалась мне, пропуская меня внутрь.
Моя рука медленно поползла вниз, и коснулась мокрой ткани, в секунду дав мне понять, что сейчас она очень скользкая и как никогда готовая к этому.
Я приподнялся, снимая с неё стринги, и видел глянцевый блеск на её промежности. Такой влекущий и притягательный, что мой член в мгновение запульсировал. Рука коснулась её, и она выгнулась, издав еле слышимый писк. Пальцы плыли по ней как по волнам.
— Я спрошу в последний раз, Аддамс. Почему я? Ты уверена?
Её всю залихорадило, я буквально почувствовал, как она боится.
— Стой, подожди, — я обнял её, и ощутил, как она уткнулась в мою ключицу, тревожно дыша, — Тебя ведь никто не принуждает. Мы вообще можем ничего не делать. Успокойся.
Около двух минут мы так и лежали. Она будто нюхала меня. Может, это её успокаивало. Я укрыл нас покрывалом, потому что в комнате было прохладно.
— Ты чего? Я не стал бы обижать тебя, — сказал я, убирая прядки волос за её уши. — Не тронул бы без разрешения.
— Ты меня не понял. Я до сих пор хочу этого. Но не понимаю своё тело, — сказала она, опустив взгляд.
— Это физиология. Это нормально, — ответил я, прижав её к себе. Её кожа была такой приятной на ощупь, что мне хотелось чувствовать это вечно.
— Нормально хотеть кого-то одного? — спросила она меня, и тут я понял в чём дело.
Я не мог отвести от неё свой взгляд.
— Ты хочешь меня? — спросил я, забираясь к ней под кожу. Мне хотелось, чтобы она сказала мне чертову правду.
— Моё тело тебя хочет, — отрезала она, как бы отрицая. Пытаясь доказать мне, что тело и она — это разные составляющие. И, хрен с ним, я согласился.
— Ладно. Раздвинь ноги, — попросил я её, направляя свою руку вниз по её животу.
