Трифон посмотрел на Светлану, чтобы узнать ее мнение по поводу предложения ее сына. Женщина опустила глаза, посмотрела на сына, и, естественно, знала его намерения. Она вытянула руку и погладила его по голове.
— Вы спасли мою жену, — Дмитрий подошел с Машей на руках. Чтобы тот не включал амбиций и не старался занять его место, Дмитрий дал понять, что Светлана — его жена.
— Это пустяки, — Трифон улыбнулся.
Дмитрий схватил Светлану за руку. Ее пальцы настолько тонкие и нежные, что он полностью обхватит ее кисть своей широкой ладонью. Он решительно заявил низким тембром голоса,
— Трифон Олегович, я никогда не остаюсь в долгу перед другими. Что вы хотите за свою услугу? Скажите прямо. — Этими словами Дмитрий взял на себя долг перед этим человеком за спасение своей любимой. Он ясно выразился, что, если тот хочет, чтобы его отблагодарили, ему нужно обращаться к самому Дмитрию, а не к его жене.
Слегка повернув голову, Света смотрела на Дмитрия. Понимая, что он думает о ней и не позволит ей оставаться в долгу перед Трифоном, Светлана очень растрогалась. Ведь всем давно известно, что чувство не исполненного перед кем-то долга — очень неприятное. Однако, независимо от того, какую цель преследовал Трифон, он спас ей жизнь.
Трифон смотрел некоторое время на его руку, держащую Светлану. Он, естественно, понял значение слов Дмитрия. Посмотрев на высокие каблуки на ногах женщины, Трифон спросил обеспокоенно,
— Почему ты все еще носишь высокие каблуки? Травма на твоей ноге еще не зажила полностью, разве ты не знаешь?
Свете стало намного лучше, как только она увидела свою дочь. От сильного волнения она забыла про травму ноги,
— Я в порядке.
У Дмитрия внезапно поменялось выражение лица, он уже не вел себя таким сдержанным. Ведь он даже не знал, что у жены травмирована нога. Держа ее за руку, Дмитрий выдал.
— Нам пора идти.
— Отдельные комнаты ресторана находятся в этой стороне, — Итон подсказал с особым вниманием к ним. Хотя это заведение принадлежит Трифону, но он не может вести себя так перед Дмитрием.
— Трифон Олегович, прошу, сюда, — Итон сделал приглашающий жест.
Трифон взглянул на него и сказал,
— Поехали.
После этого, помощник Трифона, Алексей, стоявший позади него, стал толкать инвалидную коляску вперед.
Итон зарезервировал самую большую комнату в ресторане отеля. Обеденный стол, за которым могли разместиться двадцать человек, находился в центре просторной и светлой комнаты.
Сидя на коленях у отца и обнимая его за шею, Маленькая Мария посмотрела на него и спросила,
— Папа, а когда мы будем есть?
Дмитрий сжал пухлые щечки дочери и ответил, что очень скоро. Говоря это, он заглянул под стол и стал рассматривать ноги Светы, но не увидел явных повреждений на лодыжках. Где же она поранилась?
В ожидании, когда принесут еду, Трифон сам вступил в разговор со Светой,
— Ты завтра свободна? Давай я отвезу тебя к тому мастеру?
— Свободна, — не задумываясь, Светлана ответила. Чтобы наладить свои дела по бизнесу, она думала убедить того мастера вернуться с ней в Белгород. Она хотела как можно скорее решить все здешние вопросы, а затем вернуться туда с детьми.
— Хорошо, тогда я устрою вашу встречу, — Трифон улыбнулся.
Лицо Дмитрия полностью помрачнело. Вовремя ужина ему и кусок в горло не лез. Если бы здесь не сидели дети, мужчина давно взял бы жену и ушел оттуда. Он не желал, чтобы Трифон узнал, что его отношения с ней не похожи на нормальные отношения между мужем и женой.
После еды Трифон посмотрел на Дмитрия,
— Спасибо за гостеприимство, Дмитрий Ильич.
— Не стоит благодарности. — бросил на него свой суровый взгляд Дмитрий.
Трифон давно заметил, что с того момента, когда он пообещал Свете устроить встречу с мастером по созданию тканей Шармез, ее муж сидел недовольный. Ему хотелось «подлить масла в огонь», поэтому, повернувшись и посмотрев на нее, он сказал:
— Я заеду за тобой в отель завтра утром. — Когда Трифон говорил это, его взгляд упал на ее ноги. — Завтра надень обувь на плоской подошве, чтобы твои ножки не устали. Тот мастер живет очень далеко, придется немного пройти пешком.
— Понятно. — Светлана не поблагодарила его за заботу, так как понимала, что он сказал это нарочно. Она взглянула на Дмитрия и заметила, что его лицо стало еще более омраченным. Очевидно, Трифон сказал это специально.
— Мамочка, обними меня. — Прося мать взять себя, дочь протянула к ней обе руки.
Крепко схватив дочь, Дмитрий остановил ее. — Папа обнимет тебя. — Он помнил, что его Света повредила ногу, хотя не знал на сколько серьезна ее травма.
Маша надула губки.
— Я хочу, чтобы мамочка обняла меня. — Ребенок долгое время не виделся с матерью и хотел понежиться в ее объятиях.
— Послушайся папу, — отец поцеловал дочку в лоб. — Когда будем возвращаться, я куплю тебе чего-нибудь вкусненького.
— Правда? — Подняв голову, девочка посмотрела на отца.
— Правда.
— Ну, ладно. Пусть папа подержит меня, но я буду спать с мамочкой.
В это время Паша схватил мать за руку, мельком посмотрел на Дмитрия и сказал,
