Хоть Светлана сейчас и не может вставать, и ее охраняют люди, но на всякий случай, их нужно было разместить подальше друг от друга.
Он подошел к палате, о которой сказал Итон, в ней был только сам Итон.
— Где она?
Он вошел в палату.
Это была одиночная палата, были неплохие удобства, Виктория Александровна могла там жить довольно комфортно.
— Она на обследовании.
Дмитрий слегка кивнул. Итон взглянул наружу, убедился, что там никого нет и сказал,
— Боюсь, что Михаил Анатольевич нас опасается, девушка даже не покидает жилой комплекс. Как нам быть?
Было очевидно, что это тупиковая ситуация, только у Пелагеи был «ключ» к выходу из этой ситуации.
Дмитрий повернулся к окну:
— У нас нет выбора, остается только согласиться.
— Согласиться? — запаниковал Итон. — А что же со Светой, она беременна. А с Викторией Александровной? Если она узнает, сможет ли она это перенести?
Он медленно повернулся, и глядя на паниковавшего Итона, без колебаний сказал:
— Если на свадьбе нет невесты, разве это может считаться свадьбой?
Итон посмотрел в глубокие глаза друга, и как будто что-то понял, он попытался спросить:
— Ты имеешь в виду, что в день свадьбы Пелагею нужно…
— Это тоже неплохой план.
В такой ситуации, другого выбора нет.
Фадей Никонович и Михаил Анатольевич объединились и стали еще безжалостнее, они смогут добраться до Светланы, даже несмотря на то, что она беременна.
В этот момент, мед. работник привел больную. Итон поспешил подхватить Викторию Александровну и помочь ей войти.
Дмитрий посмотрел на врача, который вошел и спросил:
— Как ее состояние?
— Мы закончили все обследования, нужно дождаться результатов, чтобы назначить лечение. — Ответил врач.
Но затем он замолчал, как будто его беспокоило присутствие Виктории Александровны и сказал:
— Давайте поговорим в другом месте.
Виктория Александровна молча села на кровать, она знала о своем состоянии.
Дмитрий вышел в след за врачом. Врач убедился, что пациентка их не услышит и заговорил:
— Ситуация не так оптимистична, если у нее есть сильное желание выжить, то есть несколько препаратов, которые помогут ей вылечиться, это долгий процесс, но ущерб организму не так велик, прожить несколько лет не такая проблема, но, если она…Я вижу, что она настроена довольно негативно.
Врач не боится, что ухудшится состояние пациента, он боится, что пациент сдастся, и потеряет желание жить.
— Спасибо, я понял, ее лечение все еще на вас. — Медленно произнес Дмитрий.
Возможно, увидев смерть Макара Ивановича, сердце Виктории Александровны избавилось от ненависти, и ее желание жить практически исчезло.
Этот врач специализируется на неизлечимых и смертельных заболеваниях, он много лет учился за границей. Хоть он и молод, но очень силен в своей сфере.
— Не стоит! Это то, что и должен делать врач, к тому же глав. врач проявляет особую озабоченность по этому вопросу, мы сделаем все возможное.
Доктор сделал паузу и продолжил:
— У меня есть другие пациенты, мне нужно идти.
Дмитрий кивнул в ответ. После ухода врача, он стоял в коридоре и не возвращался в палату. Такое отношение Виктории Александровны даже его заставляет чувствовать себя некомфортно. Она слишком эгоистична. Потеряв сына, она убила Макара Ивановича из мести, а как со Светой? Она что, даже не подумала о собственной дочери?
Он глубоко вздохнул, повернулся и вошел в палату.
Лицо Виктории Александровны побледнело, она была худой, глаза были глубокими и тусклыми. Увидев, что вошел Дмитрий, она слабо улыбнулась:
— Спасибо, что не рассказал Свете.
— Она все еще вас заботит?
Виктория Александровна на мгновение опешила, как будто не ожидала, что Дмитрий внезапно такое произнесет.
— Она…ведь моя дочь, конечно она меня заботит.
Дмитрий хоть был и недоволен негативным настроем Виктории Александровны, но он не мог не уважать ее, зная, что она мать Светланы.
— Если она все еще вам важна, согласитесь на лечение, побудьте с ней на пару лет дольше, не раньте ее.
— У нее сейчас и так все хорошо…
— А если мама умрет, ей будет все так же хорошо, как сейчас? — Дмитрий прервал ее и задал вопрос.
Виктория Александровна открыла рот, и подавила в себе то, что едва не вырвалось из нее.
— Я надеюсь, что вы сможете выжить ради нее.
Договорив, Дмитрий развернулся и вышел из палаты.
Итон посмотрел вслед Дмитрию, в душе он догадывался, что ему сказал врач. Он успокоил Викторию Александровну:
— Он в последнее время очень занят, куча дел, не берите в голову. Но он все-таки прав, ради своей дочери, вам следует активнее принимать лечение, провести с ней на пару лет больше, я думаю, вы такого же мнения, не так ли?
Виктория Александровна молчала. На самом деле, ей сейчас было все равно, умереть или жить, она уже отомстила за своего сына. Что касается Светы, сейчас у нее есть Дмитрий, он очень добр к ей, у нее все будет в порядке. Волноваться за нее и жалеть будет не нужно.
— Я устала.
Виктория Александровна больше не хотела разговаривать.
