Итон и Сара вышли из ресторана под безмолвным взглядом официанта. Уже на улице Сара заговорила откровенно:
— Да это грабеж! Омлет 750 рублей — за что?
Итон не ожидал, что Сара откажется что-либо заказывать из-за дороговизны. Он улыбнулся:
— А ведь это была возможность ободрать меня до нитки. Таких дорогих ресторанов поблизости больше нет.
— Возможно, — Сара посмеялась в ответ, — но мне жалко тебя обдирать.
— Еще не поздно передумать.
И Итон не лукавил: он и правда был готов потратиться в том ресторане.
— Да ладно, я знаю тут кое-какое место. Поехали.
Итон обратил внимание на руки Сары: не самая нежная и гладкая кожа для столь юного возраста — руки человека, помногу работающего. Не легко ей, первокурснице, приходится содержать себя в этом городе.
— Нужна будет помощь, скажи мне. Я дал обещание твоей маме, — сказал Итон.
Улыбку с лица Сары как рукой смахнуло от упоминания матери. Итон заметил это и поспешил извиниться:
— Прости. Я не хотел тебе напоминать.
— Ничего.
Девушка поникла и сцепила руки перед собой.
— Жаль маму. Я раньше хотела стать взрослой и обеспечивать ее, вызволить ее из того дома. Но ничего не вышло. Мать оказалась в тюрьме.
Итон не стал ничего говорить, посчитав, что в данный момент лучше просто выслушать Сару.
— Отец любил пить и играть на деньги. Выигрывал — пил и ходил по бабам с дружками; проигрывал — пил просил денег у мамы. Если не давала — поднимал на нее руку. А мама ведь простая домохозяйка, без образования. В основном жили, продавая цветы, которые она выращивала; иногда мама тут и там подрабатывала. Копейки. И все, что удавалось наскрести, транжирил отец. Когда денег не было, отец заставлял маму вкалывать ради того, чтобы ему было, на что играть. Отец проигрывал и вымещал злость на маме. Так и жили из года в год. Я потихоньку росла, и чем старше становилась, тем сильнее хотела сбежать из дома вместе с мамой. Я поступила в университет — ночами напролет готовилась. И все терпела — терпела, ждала момента, чтобы убежать с мамой. Но она не дождалась.
Прокрутив в голове воспоминания, как отец бил мать, Сара всем телом задрожала. Крепче всего застряло в памяти то, как отец однажды взял деревянную табуретку и огрел ею мать по спине. Та в один момент рухнула на пол и не могла встать. А на спине ее образовалась громадная гематома, которая не сходила потом долгие месяцы.
А один раз отец повалил мать на пол, схватил за волосы и начал бить по лицу. Изо рта матери хлестала кровь. Сара хотела оттащить отца, умоляла не бить, но он пнул ее ногой.
— Сволочь. Убить такого мало. А я все прощала ему. И законы наши уродские: это отец во всем виноват, почему наказали мать?
В глубине души девушка понимала, что без закона в обществе бы царила анархия. Однако воспоминания о судьбе матери отдавались болью в сердце.
Итон не знал, как ее утешить. Постороннему человеку сложно сопереживать чужому горю, но мужчина за жизнь повидал немало мрачных событий. То, что случилось с родителями Сары, происходит во многих местах по всему миру. Каждый человек уникален и имеет отличные от других ход мыслей и способы действий. Поэтому и совершаемые людьми поступки зачастую трудно понять и оценить со стороны.
Все, что Итон мог сейчас сделать, это подарить этой несчастной девушке немного своей заботы. Теперь он знал, зачем мать Сары вошла туда. В досье преступника было указан лишь сам факт убийства и приговор, однако причина совершения преступления отсутствовала. Сейчас же все стало ясно: жестокая, долго подавляемая месть. Убийцу даже можно было понять, однако убийство есть убийство, что бы за ним не стояло. Мир поглотил бы хаос, получи люди право наказывать плохих людей.
Сара сама не знала, что на нее нашло, и почему она вдруг об этом заговорила.
— Прости за эту сцену.
— Ничего страшного, забудь. Знаешь, почему в некоторых государствах царит беспорядок?
— Я знаю. Закон не идеален. Слышала, в некоторых странах разрешено держать у себя оружие. Местным жителям, наверное, даже спать страшно.
— Поэтому закон необходим. Качественно разработанный свод законов может гарантировать не только безопасность граждан, но и живучесть общества в целом. И хотя то, что произошло с твоей матерью, ужасно, но преступление есть преступление. Виновник должен быть наказан вне зависимости от статуса и обстоятельств.
— Я поняла. Это был минутный порыв, — девушка опустила глаза.
Она все понимала, но винила себя за незрелость. Тогда ей не пришло в голову обратиться в соответствующие органы. В настоящее время существует уже много законов о защите прав женщин, и домашнее насилие уже имеет качественно выработанные меры пресечения.
— Куда мы? — спросил Итон, не зная, куда ехать.
— Я не сильно знакома с данной местностью. Давай в западную часть города, — Сара улыбнулась. — Совсем забыли про еду. Ты, должно быть, голодный?
— Терпимо.
Больше они не разговаривали. В салоне машины повисла тишина.
