Потом, когда они вышли из кафе, Айсулу быстрым шагом прошла к машине (водитель к тому времени тоже уже покушал и ждал их, сидя за рулем) и открыв дверь со стороны Эркелей, уселась, захлопнула ее, а когда сестренка подошла, скомандовала:
- Садись в середину. Теперь я поеду здесь!
Девочка недоуменно посмотрела на нее, но ничего не ответила и послушно обогнула машину, забравшись внутрь. Чимин сел на свое место и демонстративно сунул наушники в уши и включил музыку на телефоне.
Всю обратную дорогу на заднем сиденье царила тишина.
Когда же водитель привез их к дому, Чимин вышел, и протянул деньги за поездку. Следом выбралась Эркелей, поблагодарив таксиста, и пошла во двор. Айсулу первой пронеслась к аилу и скрылась внутри. Парни попрощались с мужчиной, причем он сказал, что если еще куда-то нужно будет их везти, то он – готов. Друзья зашли в калитку, а машина покатила по дороге.
11***
Айсулу
Она не могла объяснить, что с ней происходит. Почему так ведет себя. Почему весь день вспыхивала, как спичка, от, казалось бы, совсем незначительных мелочей. Но стоило ей только увидеть эту его улыбочку – не насмешливую, но понимающую, как Айсулу рассердилась. Не на корейца – на себя. За то, что ведет себя, как наивная дурочка, стоит только ему оказаться рядом. За то, что уснула у него на плече, а потом повела себя и вовсе глупо, чем вызвала его смех.
Пребывание на острове немного умиротворило ее, а рисование и вовсе наполнило душу покоем. Но стоило парням начать препираться о том, кто будет за все платить, внутри нее опять начало набухать раздражение, сорвавшее с губ насмешливое «бойцовые петухи».
Ее перепалка с Чимином не укрылась от брата и сестры, не привыкших к тому, что старшая столь эмоционально выражает свои мысли. Но девушку уже понесло, хотя в последний момент она все же опомнилась и отвела сердитый взгляд от таких же сердитых глаз музыканта. Опомнилась. Или же – уступила этот раунд.
А уж когда она совсем по-детски выпроводила сестру на свое место в машине, краем глаза успела заметить, что парень достал наушники и демонстративно отвернулся к окну и стал слушать музыку, и неизвестно почему опечалилась.
Пока они ехали в Кырлык, девушка успела успокоиться и даже устыдиться своему поведению. Поэтому, едва машина остановилась, она рванула домой. А потом долго сидела на своей лежанке в аиле, держа на коленях альбом с рисунком Катуни и зажав в пальцах карандаш. Но погрузилась в свои мысли и вздрогнула всем телом, услышав над ухом голос неизвестно когда вошедшей матери:
- Доченька, а ты что тут одна сидишь?
- Я… вот рисунки свои пересматриваю… Может, что-то упустила… Вспоминаю…
- Я баню затопила. Ребята воды натаскали. Ох, какой же молодец этот Чимин! Такой уважительный, добрый, работящий! И не смотри, что звезда! Вот же кому-то муж-сокровище достанется!..
Айсулу почувствовала, как щеки вспыхнули, и опустила голову пониже.
А мать спохватилась:
- Ох, да что же это я?! Совсем памяти нет! К тебе же там Эркин пришел! Пойди, поговори с ним!
- Эркин?! – неприятно удивилась девушка. – Он же в Горно-Алтайске!
- Да сегодня приехал к родителям. Он уже и днем заходил, но вас-то не было. И сейчас опять пришел. Иди, поговори с ним!
- Мама, зачем ты сказала ему, что я дома?
- Интересно! А что я должна была ему сказать? Где ты можешь быть в такое время?
- Мама, ну, о чем мне с ним разговаривать? Мы давно уже не дети!
- Вот именно! Давай, давай, иди! – поторопила мать и вышла.
Девушка переоделась в легкое летнее платье и, сунув ноги в шлепанцы, вышла из аила. Эркин, и правда, стоял у калитки, спрятав одну руку за спину. Айсулу открыла калитку и вышла со двора.
- Привет! – разулыбался парень и протянул ей букет цветов, который прятал за спиной. Цветы, подобные этим, росли на клумбах у многих деревенских домов, и у его родителей, в том числе.
- Привет! – отозвалась она, не торопясь, однако, принимать букет. – Зачем пришел?
- Соскучился! – ответил тот и вложил-таки цветы ей в руки. - Давно не виделись!
- Давно, - ровно согласилась она.
Эркин был другом детства. На год старше Айсулу. Много лет назад они играли вместе и были неразлучны настолько, что деревенские ребятишки дразнили их «жених и невеста», на что маленькая Айсулу только хохотала, а Эркин злился и одаривал тумаками особо рьяных дразнителей. Они забавно смотрелись вместе – мелкий, коротконогий Эркин и уже тогда высокая, тонкая, как тростинка, Айсулу.
Поначалу именно она бегала за мальчишкой, вовлекая его то в одни, то в другие игры. А сколько раз они мчались наперегонки на отцовских конях, за что неоднократно были наказаны! А сколько раз убегали на берега Ламака и Кырлыка, протекающих по селу, чтобы поваляться на высоком травянистом берегу и посмотреть на пробегающие в бездонном синем небе ослепительно белые облака!..
