Зато Вирджиния разглядывала ее с головы до ног. Хотя это бесполезное занятие: что можно увидеть через абайю? Только то, что у Дамиры стройная фигура. На фоне Саида она выглядела маленькой и хрупкой. На секунду Вирджиния представила, как он целует ее. Касается ее волос… Будет ли шептать слова любви при этом? Как ласково ее назовет? Хотелось заплакать. Нет – завыть! Но она просто отвернулась, понимая, что ее глаза больше ничего не видят – они полны слез. Какой глупостью было прийти сюда. Саид прав: это больно. Чертовски больно. Так же больно, как прощаться с бабушкой. Потеря – это всегда муки. Сейчас она тоже теряла любимого человека, осознавая, что ей нет места среди этой свиты людей. Конечно, Мухаммед против нее. Саиду нужна набожная жена, истинная мусульманка, знающая каноны ислама, совершающая намаз пять раз в день и посещающая мечеть со своим мужем. Их миры разные, единственная ниточка, связывающая их, – это чувства.
Почти ничего уже не слыша, Вирджиния вытерла слезы рукавом абайи. Сейчас она играла не свою роль, почти забыв, зачем вообще сюда пришла. Надо взять себя в руки. Произнося слова любви в далеких Афинах, она сама во все это ввязалась. Значит, надо быть сильной. И кажется, сильной быть у нее получается все хуже и хуже.
– Ас-саляму алейкум.
Она услышала голос Мухаммеда и тут же обернулась, отыскивая его взглядом. Но долго искать не пришлось – он стоял за кафедрой, начиная длинную речь. Он любил произносить речи, а сейчас поводов для этого было много. Рядом стоял Ахмад аль-Аджми, ожидающий своей очереди. Саид был единственным, кто выделялся среди них, – гордый капитан, он стоял, потупив взгляд, сложив руки за спиной. Скорее всего, его голос она тоже услышит. Их женщины находились внизу, в тени и внимательно слушали. Голоса гостей стихли, и все внимание устремилось на Мухаммеда.
Вирджиния увидела Амину. Та открыто изучала лица присутствующих и была единственной, кто не опустил взгляд. Может быть, искала своего будущего мужа? Или, напротив, мужчину своей мечты? Она молода и наивна, ее отец никогда не даст согласия на иной брак. Мухаммед слишком расчетлив. Наряд Амины выглядел слегка нелепым, но в приглушенном свете ламп шипы на ее абайе не были сильно видны. Удивительно, что отец позволил ей появиться на публике. Наверное, накажет потом.
Дамира внимательно слушала или делала вид, что ей интересно. Может быть, ей скучны все эти слияния авиакомпаний и сейчас ее мысли далеки. На ее пальце кольцо, которое надел сегодня жених. Скорее всего, она вспоминала минувшую помолвку и была в предвкушении свадьбы.
Вирджиния слышала лишь обрывки фраз Мухаммеда, но не могла собрать их воедино и уж точно бы не пересказала. Она даже не заметила, когда его сменил Ахмад. Смотрела на Саида. Тот иногда улыбался и посматривал на людей, иногда на Амину, но тут же хмурился и отводил взгляд.
Он встал за кафедру третьим, не понимая смысла в своем выступлении. Зачем вообще ему что-то говорить? Двое уже сказали одно и то же.
– Ас-саляму алейкум, я рад видеть вас сегодня здесь. – Он обвел взглядом зал, видя много знакомых лиц. Это его друзья и коллеги. С этими людьми он летал или пересекался в аэропорту. С некоторыми учился. Здесь были его учителя. Все эти люди были ему как родные, и они ждут от него слов поддержки. – Я буду краток, но скажу главное. Для «Arabia Airlines» наступает золотой период, как сказал мой отец, вскоре мы будем иметь еще одну базу в Катаре. Наши самолеты готовы взять на борт пассажиров, летящих почти с любой точки планеты, и доставить их в Доху, так же как «Fly Qatar» доставит их в Дубай. Некоторое сотрудничество по обмену пассажиропотоком. Слияние авиакомпаний никак не затронет летный персонал, никто не будет сокращен, наоборот, планируется расширение. Мы уже ведем переговоры с… – Он запнулся, не веря глазам. Он узнает свою хайяти среди тысячи женщин. По цвету глаз? Как вообще можно разглядеть их цвет с такого большого расстояния? Это нереально. Он узнал ее по фигуре, силуэту… Он узнал ее по теплу, которое она излучает. – …с начальством аэропорта по поводу увеличения количества дипломированных сотрудников.
Сердце Вирджинии застучало сильнее. Зачем она вышла из тени, заставив его волноваться? Как вообще можно было ее узнать? Но он точно узнал, потому что замолчал именно тогда, когда его взгляд нашел ее. Рукой она машинально тронула никаб, удостоверившись, что ее лицо скрыто. Один Бог знает, как Саиду это удалось, но он попал точно в цель.
Ему захотелось прервать речь и уйти. С ней, с хайяти. Злости на то, что она ослушалась и пришла, он не ощущал, но, увидев ее в абайе, у него возникло другое желание. Вирджиния создана Аллахом для него. Не стоило терять время на пустые разговоры, которые всем изрядно надоели.
– Прошу меня простить.
