— Это фундамент к реальной конкретики, общие правила, из которых следуют частные, действующие в текущей обстановке. Я должен был пройти весь путь, чтобы вы поняли, зачем они нужны и не воспринимали их как догмы. Крестьяне, также как и другие люди сосланные в Тартар, проходят обучение и становятся частью нашей армии, солдаты через некоторое время получают отдых и становятся инструкторами или возвращаются в крестьяне. Потом цикл повторяется. Пока часть крестьян учится — другая работает, когда воины сидят без дела — они занимаются крестьянским трудом. Если происходит катастрофа на фронте — то мобилизуем всех в ополчение, если происходит стихийное бедствие — то мобилизуем всех на разгребание завалов. У нас заниматься ручным трудом так же почётно, как и держать в руках меч. Естественно, здесь не получиться сделать идеального смешения воинов и крестьян в одну колоду карт, потому что солдаты иногда просто не могут отвлечься от какой-нибудь осады или важной битвы. Да и командиры бывают так нагружены обязанностями, что приходиться несколько раз подряд откладывать их «крестьянский отпуск», о котором они сами просят... К счастью, даже этих методов нам хватило для того, чтобы сплотить общество в единое экономическое ядро. Теперь никто никого не угнетает, никто не поражён в правах, никого не заставляют пахать до смерти, все понимают, что работают над общим делом. А общее дело — это освобождение вообще всех узников Кабала, бесконечное расширение и полное господство наших идей в обществе, когда идеология закрепится в разуме всех людей, то мы добьёмся окончательной победы. Также люди видят, что чем больше мы сражаемся и трудимся, тем больше ресурсов и возможностей оказываются в наших руках. Я, конечно, всё изрядно упростил, но зато, надеюсь, даже совсем несмышлёные смогли всё понять? — Лейн почему-то перевёл взгляд на Ларри.
Через секунду Лейн откашлялся в кулак, и продолжил.
— И у нас осталась последняя тема. Второй контур системы. По законам самоорганизации, группа людей, в которой примерно десять человек занимаются общим и сложным делом, стремиться выбрать своего ответственного лидера. Собственно говоря, это армейская система, проверенная ещё древними римлянами и итальянской мафией. Эти условно десять человек выбирают не дурака, а самого лучшего из своих рядов, и они просто не могут назначить себе некомпетентного командира, потому что это будет стоить им жизни. Если группа людей слишком большая, то она дробиться на эти «десятки», и в них выбранные лидеры будут координировать свои действия ради одной цели, и они опять выберут лидера над собой. Они опять найдут того, кто лучше всего помогает общему делу. Так постепенно будет выстраиваться пирамида, но здесь есть подводные камни. Эти лидеры должны быть жёстко привязаны к тем людям, которые их избрали. Они всегда должны иметь право снять своего командира, причём в мирное время буквально в любой момент, а во время войны после выполнения текущей операции, я говорю о солдатских советах, которые дают положительную обратную связь. Если не реализовать «механизма снятия», если не дать солдатским советам реальную власть, то опять получаются касты, загнивание, коррупция и негативный отбор. Естественно, система далеко не идеальна, и мы постоянно работаем над её улучшением. Но что самое главное, она доказала свою эффективность, и её можно масштабировать на большие организации, решающие сложные задачи. В этом мы уже убедились, когда начали поднимать из пепла строительную и военно-техническую отрасль. Если система будет живой, если люди будут вовлечены в процесс управления и отбора кадров, то очень скоро неспособные карьеристы, популисты, лентяи, демагоги и забронзовевшие начальники с их родственничками останутся не у дел. А так как отбор происходит по всему обществу, а не внутри одной касты, то он максимально эффективен, благодаря этому мы подняли из самых низов очень способных командиров и технарей, принёсших нам множество побед.
И тут снова поднялся Ларри с удивлённым видом.
— То есть даже тебя можно снять с должности?
— Да.
— Мы можем просто проголосовать?
— Да. Можно собрать обыкновенное большинство любых представителей. Если соберутся солдаты-крестьяне и скажут, что я их не устраиваю, то я уйду. А можно собрать совет сержантов, которых выдвигает отделение из десяти солдат. Или совет лейтенантов, или совет капитанов или совет майоров. Нижестоящие скидывают вышестоящих.
— Так это ж полная чехарда получается! Как такая система вообще может существовать?
