Его гортанный глухой возглас, полный боли. Я отчетливо это слышу.
Прости, милый. Я не хотела. Меня подставили. Но ты же не поверишь…
Да и мне сейчас во сто крат хуже, чем тебе. Поверь.
Появляется усмешка на моих губах.
— Тогда она может подтвердить, что у нас с ним ничего не было. Он приезжал на минуту… — доказываю ему зачем-то..
Не хочу выглядеть в его глазах такой порочной? Пффф. Смешно. Какая разница-то уже?
— Достаточно его масштабной покупки и ваших трех минут общения наедине, — жестко отвечает Кирилл. — В общем, не знаю, почему ты так поступила, Марта, но я не хочу больше тебя никогда видеть с этого момента. Надеюсь, это понятно?
Я уже не слышу его. Все мои мысли занимает Матвей.
Я его так сильно сейчас ненавижу, что готова собственноручно сделать ему харакири кухонным ножом.
Сама скидываю звонок с Киром.
Он повел себя очень ожидаемо.
Я так сильно с ним выясняла отношения в последнее время, что уже мало чего чувствую, кроме злости и обиды. Нужно немного от шока отойти, стресса, потом возможно и соскучусь, а сейчас мне уже все равно. Нет желания бежать к нему и извиняться за что-либо, как раньше.
Если бы он поддержал меня, приехал, попытался разобраться в ситуации, нашел Матвея… Поговорил со мной в конце концов, тогда бы еще можно было на что-то надеяться. Хотя, это я уже себя успокаиваю. Видимо, уже ничего не склеить.
Понимаю, что о чувствах Кира как-то не особо забочусь в данный момент. Его образ подстерся в моем сознании. Нет уже той беспрекословной любви, которая была ранее.
Беру телефон и выискиваю номер Матвея, чтобы позвонить. Начинается паника.
Что я ему скажу?
Обвиню сходу так же, как меня обвинил Кир? Спрошу, за что? Зачем?
И отвечаю на эти вопросы честно. Самой себе.
В моем сердце все еще тлеет жалкая надежда. Безумно хочу поверить в то, что Матвей невиновен, что видео не его или его, но слил его не он. Что угодно! И я поверю. Только скажи!
Мне важно услышать его успокаивающие слова. Хочется чтобы он усмехнулся и сказал, что все поправимо. И приехал. Все. Больше ничего. Мне этого будет достаточно.
Да как так-то, а? Этот человек разрушил только что все в моей жизни. Почему я хочу, чтобы он приехал ко мне? После всего произошедшего?
Мне нужен еще один психолог. Точно. Психолог для Кира и отдельный для понимания поступков Матвея…
В голове полный сумбур. Хочется снова напиться.
На душе кошки скребут.
Бросаю телефон в стену, не сумев сдержаться. Абонент не существует… Все логично. Это я дура полная.
Выполнил свою цель и исчез.
А мне, что прикажете делать в такой ситуации?
Моя жизнь разбита, а я сижу у разбитого корыта. Одна.
— Алло, — поднимаю я трубку и высовываюсь из окна своего авто, в котором гремит музыка на полную громкость. — Уиии. — Кричу я на всю магистраль, по которой мы с моим новым знакомым Павлом летим на бешеной скорости в ночи.
Прошла неделя после моего живописного падения на самое дно, где Матвей вытер об меня свои ноги и исчез в тумане. Запись, гуляющая по интернету, побывала почти у каждого пользователя, имеющего телеграм-канал, от подруг и до последнего клиента. Если первые еще поддерживали, то вторые звонили с предложениями от которых уши в трубочку сворачивались. Благо, на них мне было уже наплевать. Расчет мне пришел сразу же в тот день после обличающего звонка Кира.
Матвей постарался, чтобы видео с нами попало на всеобщее обозрение и залил его, где только можно. Хоть по телевизору в новостях не показали — уже радость.
Мы разговаривали с Лайзой, обсуждали эту нелепую ситуацию…. И прощались. С большим сожалением. А потом с Анфисой, Марфой…Остальными сотрудницами. Было жалко покидать эту компанию. До слез. Все же я привыкла к ним. К распорядку дня, офису, расположенному не так далеко от моего дома почти что в центре города, хорошей зарплате. Больше всего жаль было моих проектов, которые более никогда не увидят свет.
Но другого выхода у меня не было.
Ужасно. А потом мне позвонили все. Даже родители.
Кир вместо того, чтобы забыть обо мне, как обещал по телефону, пришел через день. Пьяный, грубый, ужасный. Он ненавидел меня и всем своим существом это старался показать. Продемонстрировать во взгляде, в каждом движении…
Уже не было того гордого рыцаря передо мной. Кир был в каком-то потрепанном плаще с капюшоном, наспех накинутом на голые плечи, треники, косматый, небритый с ненавистным взглядом…
Я впустила его. Не могла не впустить.
В этот раз я увидела несчастного мужчину, угодившего в ловушку какого-то левого парня, который сыграл с нами двоими злую, жестокую шутку.
Марта бы скорее всего восхитилась его приходом, умоляла простить ее, делала бы все, чтобы загладить вину. А новая Мара, встретившая его на пороге своего дома воспротивилась. Все же, если падаешь на самое дно, ниже уже не хочется. И я встряхнулась.
