"Я взял за базу середину этого района, как наиболее вероятное место, - рассказывает Сидоров. - И велел рыболовецким судам, которые мне дали в помощь, вести траление вправо и влево от назначенной оси. Ширина захвата трала - 16-20 метров. Все сейнера я разбил на четыре группы, и пошли они, сердечные, пахать Тихий океан. Выучка у рыбаков отменная, строй держали как по линейке, шли с небольшим перекрытием галсов друг друга. Через каждые шесть миль - выбирали сети. А выбор трала у рыбаков дело тяжелое. Но Родина сказала надо, и мужики работали на совесть. Через какое-то время в сетях стали попадаться листки бумаги с иероглифами, обрывки журналов, клочья материи, обрывки магнитофонных лент, потом - часть человеческого плеча... Тогда мы резко сузили район поиска. Но в нем уже находились десятки кораблей. Двенадцать моих, шесть американских фрегатов, корвет, потом американский ракетный крейсер подвалил, пять японских кораблей, из них два поисковых судна, белые, как лебеди, с мощными антеннами, с суперэлектронной аппаратурой, стали на якоря... Я как посмотрел на них - сердце заныло. А мы-то с чем пришли?! У нас же, черт побери, кроме... А, лучше не расстраиваться!.. Ясно, что с такой техникой они раньше нас все найдут и поднимут. Потом объясняй Устинову, что у нас то не так, того нет...
Сорок восемь кораблей толкутся на крохотном пятачке, мешают друг другу. Тут и столкнуться, и навалиться могут, и международные инциденты спровоцировать... Стою я на мостике, смотрю на всю эту бестолковую толчею и думаю: что делать?
И вот тут один офицер разведки подает толковую мысль. По американским данным, на "черных ящиках" были установлены пинчеры - звукогенераторы, которые при попадании в морскую воду начинают излучать звуковые сигналы, по ним-то их и обнаруживает гидроакустическая аппаратура поискового корабля. Частоты, на которых должны работать пинчеры, нам сообщили.
Звоню я во Владивосток своему другу, начальнику филиала одного из оборонных институтов, и прошу: "Сделай-ка ты мне два акустических маячка, чтоб работали около трех суток на таких-то частотах. И чтоб никто не знал об этом деле!" Когда все было готово, прислал за ними своего порученца, капитана 2-го ранга. Тот уложил приборы в свой чемодан и отправился в Совгавань. Оттуда на борту гидрографического судна вышел на Южный Сахалин в Корсаков. Порученец имел указание, в какое время и где сбросить в воду маячки. При этом он и сам не знал, что сбрасывает. Все это он проделал на траверзе острова Монерон и вернулся в базу. Чтобы проверить, как работают пинчеры, я послал к мысу дизельную подводную лодку, а затем и атомную. Американцы тоже прислали свой атомоход - ходит под водой выслушивает сигналы пинчеров. Да куда там, шум от кораблей и судов стоит такой, что, кроме гребных винтов, ничего не слышно. А нам в помощь - мы его еле-еле выбили - подошло судно нефтегазоразведки "Мирчинг", голландской постройки, с великолепным навигационным комплексом, с подводными телекамерами на борту, способными работать на глубине триста метров. С его помощью и удалось найти основную массу обломков "боинга", то есть фактическое место падения. Но нельзя ничего поднимать, - привлекли бы внимание американцев. Их вертолеты у меня над головой так и висели. Приходилось маскироваться, я свои адмиральские погоны под синей курткой прятал.
Жду, когда наши "подсадные утки" выманят конкурентов к Монерону. Час проходит, другой, пятый... Никакой реакции. Время идет, "великая армада" толчется на том же пятачке... Спускаюсь в кают-компанию на обед. Вдруг в дверях появляется капитан 2-го ранга, офицер разведки, и смотрит на меня более чем выразительно. Выхожу в коридор.
- Товарищ адмирал, американский эсминец "Бретфорд" и один из фрегатов резко развернулись и быстро пошли к Монерону. В радиосети - большое оживление.
- Клюнули!
Но потирать руки ещё рано. Образовал три ложных поисковых группы, чтоб тралили в разных местах и создавали видимость, что мы до сих пор ищем обломки. Вскоре к Монерону пошли крейсер УРО с флагманом на борту, три японских сторожевика, другие фрегаты... А до мыса худо-бедно - 28 миль, свыше полста километров. Я тоже послал туда один из кораблей. Доносят: "Американцы ведут интенсивные водолазные спуски". А глубина там - 850 метров. Ну ищите, ребята... А они уже по всему миру раструбили: обнаружено место падения южнокорейского самолета, вот-вот будут подняты "черные ящики".
Мы тем временем поднимаем куски фюзеляжа, крыльев, турбин... Все детали доставляли на Сахалин, там, на плацу пограничной бригады, инженеры расчертили на асфальте контуры "боинга" в натуральную величину и стали выкладывать на нем все находки. Этим занималась комиссия экспертов, которая прилетела из Москвы во главе с генерал-лейтенантом из Генштаба. В неё же входили специалисты Аэрофлота, Минавиапрома... Всего двадцать один человек.
