– Облик – это как кольчуга для воина! – продолжал тем временем леший. – Одна нога костяная, чтобы могла Яга и в Нави— Царстве Мёртвых , и в Яви – мире живых – запросто, как своя, лёгкой походкой прохаживаться, чтобы смерть её с собой не забрала. Волосы седые да лик умудрённый – чтобы врага в заблуждение возрастом своим ввести. Дескать, старость не радость, немощная да не опасная. А когти на руках да зубы железные – оружие в битве ценное. Каждый зуб целого войска стоит, только его в землю воткни – сразу воинов вырастет видимо-невидимо!
Вот оно что! Хорошо, что я зуб только в бутафорское яблоко воткнула, а то бы ещё и воинов полк появился! Я улыбнулась и вдруг почувствовала, что меня клонит в сон. Леший говорил ещё что-то, но я уже не слышала его, падая в призрачные сети сновидений, которые обещали быть самыми красочными и светлыми, самыми волшебными.
То, что я увидела, превзошло самые смелые ожидания! В моём сне прекрасная брюнетка Чёрная Ночь разматывала клубок Млечного Пути, а в её волосах мерцали драгоценные камни звёзд и седые пряди галактик. Прервав нить на одном из вздохов, она пропустила её сквозь длинные пальцы, вспыхивающие пурпуром новой зари, а когда настало утро – погрузила в синеву неба, наблюдая, как нить впитывает восхитительный и манящий синий цвет – символ мечты. Я молча любовалась и не могла произнести ни слова, и тогда клубок попал в мои открытые ладони, слегка шурша, будто нашёптывая мне, что делать. Я пыталась поймать его в воздухе, но промахнулась, и клубок покатился по земле в глубь леса, мерно разматывая нить, которая превратилась в туманную призрачную тропу.
Я бежала за ним, легко перескакивая с коряги на корягу. Лес с каждым моим шагом становился всё краше и страшнее одновременно. Деревья мерцали, как факелы, озаряясь внутренним светом, и, казалось, становились выше, подпирая ветвями небо. А ещё мне слышался шум воды – то была река, воды которой, тоже полные звёзд, канувших пучину волн, стремились в неизведанную даль. Я вошла в эту реку как раз в момент начала звездопада. Мне захотелось окунуться с головой, чтобы вода смыла все печали и невзгоды, а когда я снова взглянула на своё отражение, из воды мне уже улыбалась юная дева, в которой я не сразу признала помолодевшую и несказанно похорошевшую Бабу Ягу. Вода была такой прозрачной, что я могла разглядеть ноги – стройные и одинаковые, даже намёка нет на костяную. Вот так преображение!
В этот момент сновидение стало осознанным, и я уже знала, кого перенесу в этот свой сон силой мысли. А потом я услышала ещё один всплеск, словно в воду позади меня вошёл ещё кто-то. Мне хотелось, чтобы это был Рагне Стигг. Я медлила, боясь оглянуться и увидеть нечто, ломающее мои хрупкие мечты, но, решившись, всё-таки повернула голову, и мой взгляд встретил пустоту, лишь где-то на границе восприятия мелькнуло что-то тёмное, как чёрная тень, преследовавшая меня в прошлых снах. Не может быть, ведь сюда, в чащобу, где безраздельно правит Велемудр, не так-то просто добраться! Я поискала глазами тень, когда знакомый, далёкий и такой родной голос Рагне Стигга произнёс, заставив моё сердце болезненно сжаться и сильно забиться:
– Не возвращайся, Грушенька! Схоронись в чащобе. Враг наш – совсем не тот, на кого мы думали!
Он повторил это ещё дважды, и я проснулась, прерывисто и тяжело дыша. Утренний свет с трудом пробивался сквозь хвою, но я уже не могла спать, снова и снова прокручивая в голове свой сон. С точки зрения психологии сон – это попытка подсознания просигналить о чём-то, сам дедушка Фрейд говорил об этом. И если я бы находилась сейчас в своём обычном мире и по-прежнему ничего не подозревала о существовании ключей и Кадваладура, то согласилась бы с Фрейдом и объяснила бы увиденное во сне желанием встречи с любимым, которое подавляется страхом смерти от неизвестной опасности – Эрос и Танатос, как говорится, ничего сильнее этих жизненных сценариев ещё ни в одной сказке не придумали!
Но всё это было действительно до моего попадания в Запендю. Что, если Рагне Стигг нашёл способ связи со мной и таким образом пытался предупредить меня? Он ведь и раньше мне сниться ходил! «Враг наш – совсем не тот, кто мы думали…» Что он хотел этим сказать?! И как же я могу его оставить в такой опасности?! Как он вообще мог подумать, что я смогу прятаться в чащобе и ждать, когда такие дела творятся?! А может, это снова Кадваладур тешится и меня в сомнение вводит, заманивает? Надо срочно посоветоваться с лешим!
Я поднялась с восхитительно мягкого ложа из душистых трав и отправилась на поиски хозяина леса, чуть не выронив синий клубок из бабояговского приданого. Кстати, он был такого же цвета, как тот, который в моём сне Ночь смотала из нитей Млечного Пути. Занятное совпадение! Что бы сказал на это Фрейд? Велемудр неожиданно вышел мне навстречу, когда я уже сбилась с ног, разыскивая его.