Вчера вечером в баре после пятого бокала рома с колой, я залезла на стол. Танцевала я долго – минуты три, пока этот знойные мужчина не подал мне руку и мы продолжили выпивать вместе. Он сказал мне, что хочет стать программистом и попросил не осуждать его, ведь на самом деле он мечтает играть на гитаре где-нибудь в Испании или Португалии. Но кто я такая, чтобы его осуждать, если я танцую на столе без всякого танцевального образования? Именно так я вчера и думала. Ну а дальше – потеря стыда и, как следствие, амнезия.
Мне вдруг стало очень неловко. За свою плохую память и такое счастливое утро, поэтому я пошла прочь от своего источника счастья. Зашла на кухню, сделала себе кофе. Какой все-таки кайф. Стопы на холодном полу, запах кофе разрывает мне ноздри. И солнце даже не бесит.
– Привет.
Мой красавчик стоял в проходе.
– Привет.
Я замешкалась на секунду, но потом все же решилась сказать что-то нормальное, обыденное, будто я совершенно спокойна.
– Будешь омлет?
– Не откажусь.
Красавчик широко улыбнулся и проследовал за стол.
Я достала из холодильника сыр, из хлебницы – хлеб. Приготовила нам на двоих. Мы сели друг напротив друга и принялись за этот странный завтрак.
Когда омлет у красавчика закончился, он еще шире улыбнулся. Он явно был доволен. И тогда он сказал:
– Как же мне повезло.
– Что?
Я думала мне послышалось.
– Как же мне повезло, что я здесь, рядом с тобой.
Занавес. Happy end.
С французами лучше встречаться летом под музыку в парках. Так случилось и у нас. Жара была дикой и это не способствовало нормальному сердцебиению, но мы все равно наматывали километры в поисках французских кафе, обязательно под руку. Говорил ты тоже по-французски, но только, когда увлекался, а я, как ни странно, все понимала.
Впрочем ты редко увлекался. В основном молчал, но когда заговаривал, твои слова были обращены ко мне. Однажды, лежа на кровати, не открывая глаз, ты сказал: «Я сейчас лежу на кровати, а у меня перед глазами твои фотографии с Фейсбука, одна за другой». Я была тронута.
На следующий день мы ходили слушать концерт в Мариинский парк. В тот день я впервые услышала вживую музыку с моего любимого фильма «Маленький Николя». Вокруг было много красивых девушек. Я не знала, куда смотреть, но ты сказал, что я самая красивая. Я не поверила.
Когда мы разъехались в разные стороны, жара в Киеве спала, но догнала нас в наших городах. Мне приходилось все дни проводить дома и мысли неизбежно вели к тебе. Как я постоянно отворачивалась к стене, а ты прислонялся ко мне. Как ты всегда говорил спасибо за то, что я рядом. Как насвистывал французские песни.
Уже будучи дома, я чувствовала такое спокойствие, такое умиротворение, какого не знала давно. Мой дом стал по-настоящему домом.
Ты писал мне как по графику, но говорил по-прежнему мало. В основном слал свои любимые песни, мои-твои любимые фотографии, но однажды ты написал «Я влюбился в тебя с первой фотографии». Ты продолжал, а я мысленно зачеркивала твои слова. Мне было так сложно поверить, что может быть что-то большее, чем мимолетная встреча. Мне постоянно нужны были доказательства и в какой-то момент ты устал доказывать, но это случилось немного позже. Потом ты пригласил меня в гости. Примерно тогда я поверила и моя жизнь стала еще спокойнее, еще умиротвореннее.
2
В Аррасе меня встретил скромный вокзал и притихшие двухэтажные дома, и я сразу почувствовала себя как дома.
Уже вечером я заглянула в самую глубь этого города. На центральной площади, охраняемой ЮНЕСКО, я почувствовала себя еще больше дома. Но главные события происходили в уютной квартире в центре, за закрытыми дверями. Именно там со свойственным тебе трепетом ты укрывал меня одеялом, а по утрам я садилась писать, упираясь взглядом в белую занавеску. В перерывах я выходила на балкон и смотрела на серые крыши и спокойные улицы. Мне казалось, что будто я и не переезжала.
Ты приходил после работы и приносил хлеб, круассаны, шоколадные булочки, а потом мы гуляли под желтыми фонарями. Мы часто сидели на скамейке в парке неподалеку и смотрели на резвящихся детей.
Мы говорили о любимых именах и наших детских воспоминаниях. Ты вспоминал прогулки по деревне, рыбалку, сад. Я – подвал в родной девятиэтажке и поле неподалеку от дома.
Нам пришлось отделиться, потому что я заболела и тогда ты бесконечно делал мне чай и покупал новый, даже если я не просила, делал массаж и включал мои любимые передачи.
Мы ездили на твоей старой машине по идеально ровным дорогам. Побывали во втором Лувре, соседних городах.
3
Я возвращалась домой слишком рано. Нам не хватило времени надышаться, наобниматься. Перед отъездом дни летели стремительно. В последний наш день ты сказал, что приедешь ко мне и сделаешь предложение. Это было так просто, что я поверила, при выключенном свете, когда мы лежали на твоем дурацком мягком матрасе. Я обрадовалась и испугалась. Не знаю, чего было больше.
