Дни тянулись медленно, а ночи еще длиннее. Я пыталась с пользой провести свободное время, разобраться в своих эмоциях, но только запуталась. Я любила Андрея и любила Джейми. Я хотела вернуться домой и остаться здесь. Причем с одинаковой силой. Может, бросить монетку? Я бросила, но она закатилась в щель на полу и застряла там. В вертикальном положении.
В один из таких бесплодных дней, когда я вправила вывихнутый палец младшему конюху, прописала травяной чай одной деревенской женщине и раздумывала, чем бы заняться на досуге, в мою дверь вошла Леонор. Она явно нервничала.
– Я пришла от госпожи Дункан. Она приболела и просит вас прийти как можно скорее.
– Хорошо, – сказала я. – А что с ней?
– Я точно не знаю, – Леонор покраснела. – Она сама вам расскажет.
Я собралась, закрыла дверь кабинета Битона и тут обнаружила, что Леонор бесследно исчезла. Странная девушка, впрочем, у нее есть все основания меня недолюбливать. Я отправилась в деревню в одиночестве.
Айрис была в своей комнате. Она сидела у окна в кресле и, по своему обыкновению, пила. Она была одета в длинную сорочку, и в ее силуэте я заметила нечто, что заставило меня остановиться в дверях. Вот что она скрывала под оборками своих платьев – она была беременна. Месяцев шесть, не меньше. Так вот за что умер Артур Дункан, осенило меня. Он узнал то, чего ему не следовало знать. Разговор в библиотеке… «Скрывать беременность больше нельзя», – сказал тогда Дугал. «Ведьма или почти ведьма», – сказал Фергюс о ком-то. О ком еще, как не о Айри? Так она была любовницей Дугала!
– Заходи, Джули, – пригласила Айри.
– Так ты не больна? – спросила я.
– Нет, нисколько. Я отлично себя чувствую. – Она недоуменно посмотрела на меня.
– Но Леонор сказала…
– Тебе не нужно здесь быть. Зачем ты пришла? – перебила меня Айри. Похоже, она меня и не слушала.
Внизу послышался шум. Там топали ногами, бросали с грохотом какие-то предметы и кричали: «Сюда, сюда! Идите наверх. Ведьма там!» Раздались шаги в коридоре, и вот в комнату вломились несколько человек из деревни. Они набросились на Айри, причем она даже не сопротивлялась, и увели вниз. Двое растерянно смотрели на меня, не зная, что со мной делать. Я тоже не знала, что с ними делать. Снизу крикнули:
– Эй, Флокхарт, Таггарт, чего вы там копаетесь. Хватайте вторую ведьму и пошли.
– Вообще-то я не ведьма, – начала я. – Я зашла навестить миссис Дункан…
– Все вы так говорите, – сказал один из них, нерешительно поглядывая на своего напарника.
Я осмотрелась вокруг в поисках спасения. Бежать было некуда, из окна прыгать высоко, и я упала бы прямо в руки столпившимся там жителям деревни. Они всерьез собрались охотиться на ведьм, вооружившись разнообразным инвентарем. Флокхарт и Таггарт двинулись ко мне. Я двинулась от них, готовясь выхватить кинжал и защищаться, если потребуется. Они бросились на меня. Я не успела воспользоваться кинжалом, получив страшный удар по лицу, который меня оглушил.
Я смутно помню, как меня куда-то волокли и как бросили куда-то в вонючую темноту. Очнувшись, я поняла, что все случившееся не было бредом. Я сидела в вонючем и темном пространстве, в окружении склизкой грязи. Рядом со мной кто-то дышал.
– Айри?
– Это ты, Джули? Добро пожаловать в яму.
– И что мы будем здесь делать?
– Ждать суда, конечно, – беззаботно ответила Айрис.
– А что, намечается крупный процесс над ведьмами? Мне казалось, средние века уже прошли.
– Только не здесь, – резко сказала она.
– Послушай, – начала я осторожно, – это не из-за твоею мужа?
Она ничего не ответила. Я слышала ее ровное дыхание и смутно различала ее силуэт в тех жалких лучах света, которые попадали в нашу темницу.
– Когда-нибудь это должно было случиться, – сказала Айрис, когда я уже начала думать, что она лишилась дара речи. – Но я успела передать немало денег на подготовку восстания. Десять тысяч шотландских фунтов для принца Чарли. У Артура был хороший почерк, так легко подделать подпись на чеке… После его смерти мне не пришлось бы подделывать чеки. Он знал это и боялся меня. Боялся, что я его отравлю. Он ел только яйца, думал, что в них я не смогу подсыпать яд. Его лекарство, которое присылали из Эдинбурга, содержало мышьяк. Совсем немного. Я просто увеличила дозу. Он не замечал. Он умер бы через несколько недель…
– Патриотка, черт бы тебя побрал! А Дугал тебе зачем понадобился? Или ты замуж за него выйти хотела… Вот для чего этот ребенок!
– Дугал легко поддается влиянию. Своей головы у него нет, я стала бы его головой. С его помощью я подняла бы весь клан, чтобы поддержать восстание. Мне повезло, – усмехнулась Айри, – его жена умерла от лихорадки как раз тогда, когда я раздумывала, как от нее избавиться. Зато не повезло с Артуром. Он неожиданно вошел ко мне в спальню и все увидел… Ему оставалось жить от силы дня четыре, но за это время он мог все испортить. Пришлось рискнуть и отравить его при всех.
