Прогулка вдоль Невского проспекта доставляла настоящее удовольствие. Вроде почти полдень, начало августа, а не жарко, всего-то около двадцати трех. И яркое-яркое солнце на нереально голубом небе, здесь оно нечастый гость, зато, когда появляется, город преображается, радуясь и встречая, словно говорит: посмотри, какой я красивый, заходи почаще… Алекс шел мимо кафе и магазинов, суши-баров и кинотеатров, по Аничкову мосту через Фонтанку… И улыбался, думая, а что еще нужно для счастья? Ведь у него есть все: любящие родители, перспективы в профессии, он нравится девушкам, молод и здоров. И счастлив, точно счастлив, именно в эту конкретную минуту. Идущая навстречу девушка, поймав его улыбку, улыбнулась в ответ, в ушах продолжали петь свои невероятные баллады «Scorpions», и Алекс даже предположить не мог, что всего через несколько минут его счастливой прежней жизни придет конец.
«The wise man said just walk this way
To the dawn of the light
The wind will blow into your face
As the years pass you by
Hear this voice from deep inside
It’s the call of your heart
Close your eyes and your will find
The passage out of the dark
Here I am
Will you send me an angel?» (Send me an angel, Scorpions)*
Но пришел к нему вовсе не ангел.
- ….? – Алекс остановился, посмотрел на молодого человека, задавшего ему вопрос, вынул из ушей наушники и переспросил:
- Что, простите? – тот понимающе улыбнулся, у самого такие же на шее висят.
- Который час, подскажите, пожалуйста. Мобильник разрядился, так словно без рук…
- А, конечно. Половина первого.
- Спасибо, - парень развернулся и быстро пошел вдоль проспекта, и Алекс уже хотел было продолжить путь, но внезапно на что-то наступил. Бумажник автомобилиста. Поднял, осторожно раскрыл и уставился на фотографию юноши, только что спрашивавшего время. Ну вот, обронил, расстроился Алекс, ища парня глазами в людском потоке. Наконец, увидел, побежал следом, стараясь догнать, перехватить, вернуть документы. Вот он уже миновал канал Грибоедова, позади и Малая Конюшенная:
- Стойте! – но тот не слышал или делал вид, что не слышит, и Алекс, не думая, свернул за ним в узкий проход между домами. Шагнул и застыл на месте.
Порыв ветра разметал волосы, забрался под одежду, заставляя покрываться мурашками. Алекс нервно огляделся, вроде все как было секунду назад, и, в то же время, не так, наполнило какое-то ощущение нереальности, так бывает, когда видишь очень реалистичный сон: понимаешь, что сон, но уж очень правдоподобно. Алекс на всякий случай ущипнул себя за предплечье, моргнул, нет, ничего не изменилось, посмотрел на небо и поразился: не было больше яркого солнышка, оно глубоко утонуло в тяжелых грязно-белых облаках. Неужели погода в городе настолько переменчива? Да быть не может, но было. И все краски казались насыщеннее: бледно-желтый, почти белый дом стал ярким, как цыпленок, бледно-голубой – почти синим, трава ядовито-зеленой, но, самое страшное, ни души вокруг, вообще никого, только ветер гоняет, играя, пустой полиэтиленовый пакетик.
Пытаясь погасить панику, развернулся и практически нос к носу столкнулся с недавним знакомым, за которым бежал. Тот, молча, абсолютно холодными, жуткими и как будто неживыми глазами разглядывал его, словно некую диковинку в витрине сувенирного магазинчика.
- Э-э, вы документы обронили, - протянул бумажник.
- Как зовут?
- Меня? Алекс, – улыбнулся по привычке, хотя улыбаться-то было особо нечему. – А вас?
- Ник.
- Очень приятно.
- Какой вежливый мальчик, - прищурился собеседник. – Что ж, добро пожаловать в тень, донор.
- Вы меня, верно, с кем-то путаете, - улыбнулся несмело, делая шаг назад, еще шаг, и еще один, планируя уже развернуться и нестись со всех ног от этого непонятного. Говорят, в России много сумасшедших, видимо, Алексу «повезло» наткнуться на одного из таких. А вдруг буйный?
Ник понял, что выбрал неверный тон, что мальчик, возможно, ничего не знает ни о таких, как Ник, ни о себе подобных, быстро сориентировался, вспомнил роль, моментально вжился, поругал себя за то, что напугал донора, а откуда-то появилась уверенность, что перед ним именно донор, и сказал уже не так резко, как собирался.
- Стоять! – и паренек остановился как вкопанный, обернулся и посмотрел в лицо, такое молодое и красивое, как у ангела, глаза ясные и добрые, опушенные пушистыми ресницами, нет, вряд ли он сумасшедший, просто не может быть таковым, только немножко странный. - Прости, я напугал тебя…
- Что вы, вовсе нет.
- Не ври мне.
- Хорошо, - отозвался, не подумав, он всегда так отвечал маме с папой, именно «хорошо», и всегда по-русски. Ник улыбнулся, впервые за краткое время их знакомства, искренне так улыбнулся, располагающе, и Алекс успокоился, ушло из мышц невероятное напряжение, поразительно, он даже не заметил, что был так напряжен.
- А что вы про тень сказали?
Ник решил не откровенничать раньше времени, сначала нужно, чтобы Дан подтвердил, что Алекс – их донор.
- Ничего, пошутил просто, - в ответ вздох облегчения.
- А-а…
- Спасибо за бумажник. Торопишься?
- Да, у меня встреча назначена.
