- Ладно, - наконец ответил Дан. – Давай документы, я подумаю, что можно сделать. – Алекс просиял, Дану казалось, что воздух дрожит, намагниченный, он с удовольствием вдыхал терпкий, с цитрусовыми нотками, аромат энергии, наслаждаясь и желая большего, много большего. Подошел к Алексу, провел рукой по предплечью, ощущая дрожь паренька, который уже отчаялся понять, что происходит, тронул пальцем пухлую нижнюю губу, коснулся щеки и сказал тихо, но твердо и непререкаемо:
- Пока не решу, жить будешь здесь.
- Но…
- Без «но». Тебе подготовят гостевую, - развернулся и вышел, тихо прикрыв за собой дверь.
- Что думаешь?
- Донор.
- Как он тебе?
- Хорош.
- Как бы его уговорить видеться почаще, а?
- Он будет жить здесь, думаю, пересечетесь, - усмешка.
- Вот классно! Но ты помнишь, десять дней мои. И помощь ты обещал. И комфорт – я.
- Да, - был короткий ответ.
Алекс без сил опустился обратно на диван, устало потер руками лицо и глубоко вздохнул. Это надо же было так вляпаться… Что за странный дом, что за странные люди, что за ненормальный страх и безумная робость в присутствии мужчины. Алекс всю жизнь радовался своему умению сходиться с людьми, располагать к себе, общаться без напряжения, но здесь он чувствовал себя выброшенной на берег морской черепашкой, вроде и дышать может, и ползти, но куда, как, зачем? Количество вопросов в голове росло в геометрической прогрессии, а ответов не было ни на один.
Сначала Ник удивил своими шуточками, из головы не шли слова о тени и доноре. Что он имел в виду? А потом Дан этот странный. Нет, точно, надо все бросать и ехать домой.
Ник был счастлив, Алекс будет жить с ним, а значит, совсем скоро будет его… Предвкушение кружило голову покруче чужих эмоций, он победит, обязательно победит, он уверен.
Дан закрылся в кабинете, откинулся на спинку кресла и смачно затянулся. Да, братец вовремя подстраховался клятвой, иначе он ничего не смог бы обещать. Как же вкусно пахнет этот Алекс. Ставки высоки, и теперь главное все как следует просчитать.
*Слишком молодой, слишком невинный, чтобы знать,
Как далеко зашел твой гениальный план
========== Глава 4. Игры, в которые играют ==========
No one knows what it’s like
To be the bad man
To be the sad man
Behind blue eyes* (The Who / «Behind Blue Eyes»)
Игра. Как много всего вкладывал в это слово Ник: и азарт, и безумный, невероятный адреналин, и боль, и желание, и волю к победе. И саму победу, которая достанется сильнейшему, конечно! Или хитрейшему, если иначе никак. Никита уже и не смог бы, наверное, припомнить, когда и с чего все началось, просто однажды, много лет назад, он осознал, что хочет Дана, сильно, до боли в паху и рези в глазах, до высокого кровяного давления и искусанных губ. А что Дан? Не замечал, считая маленьким, спал с другими, не видя, да и не желая видеть, как на него реагирует младший. И тогда совсем еще юный мужчина решил смотреть на избранников брата его глазами, пытаясь понять, что же такое есть у них, чего нет у него, Ника. Смотрел и не понимал. Видимо, только смотреть мало, надо было пробовать, и он попробовал, соблазнив одного из партнеров брата. Попробовал и опять не понял, зато обратил-таки на себя внимание Дана, правда, совсем не так, как мечталось.
- Ник, какого тебе нужны мои игрушки? – Рычал разозленный Дан.
- Мне не нужны твои игрушки, - отозвался младший.
- Тогда зачем?
- Мне нужен ты…
Ник, усмехнулся, вспоминая выражение лица старшего, таким растерянным он не видел его никогда ни до, ни после памятного разговора.
- Я?
- Да, я хочу быть с тобой, Дан.
- Но, черт, Ник, ты же мой младший, как я могу спать с тобой? Это ненормально! – сказал, как отрезал, и Ник понял, что если прямо сейчас ничего не предпримет, второго шанса брат ему не даст.
- А мы нормальные, ты считаешь? – вскочил с кресла, прижался вплотную и смело посмотрел в глаза. – Мы и так уроды, Дан. Мы темные, гребаные уроды! Сам подумай, что было бы с нами без людей?
- Мы лучше них, Ник.
- Чем? Тем, что живем дольше? Что притягиваем их, как огонь бабочек? Что сосем их энергию, выкидывая пустые, ни на что ни годные оболочки? - Дан тогда обнял его за плечи и улыбнулся.
- Ты еще так молод, малыш. Подрастешь и все поймешь. И я не стану с тобой спать.
- Только потому, что я твой брат? – Накатывало отчаяние.
- Не только… - И Ник понял, что все напрасно, что Дан любит его, но только как брата. И не более, никогда более…
План вызревал долго, и старший полагал, что Ник успокоился, перебесился, но не тут-то было. Масштабы задуманного мероприятия стали ясны, когда Ник переспал уже с пятым подряд избранником Дана.
- Чем я хуже, Дан?
- Ты лучше, малыш, - был ответ.
- Я предлагаю пари, - старший удивленно выгнул бровь. – Выбери жертву, и мы на спор ее соблазним. Победишь, и больше ни слова от меня не услышишь, я оставлю тебя в покое, проиграешь, сам знаешь, чего я хочу.
