Но даже эту новость он воспринял без особых эмоций, слишком вымотанный событиями сегодняшнего дня. Твою мать, даже для него этого было слишком! Сначала побег из Глэйда от Галли, потом осада логова гриверов, сообщение от Авы Пейдж, убийство сначала Чака, а потом Галли, появление дженсенова патруля, полет до их базы и — вишенкой на торте, — внезапный трах с Минхо в душевой кабинке. И теперь еще вот оказывается, что помимо их лабиринта, были другие!
И все же Томас заставил себя сосредоточиться и расспросить незнакомых парней, сидевших с его друзьями. Они как раз рассказывали о том, как их забрали из лабиринта, в котором они жили, все те же мужики под командованием крысы-Джесена.
Получалось, что Дженсен, вроде как, спас многих ребят. Но что-то не складывалось. Как-то странно это было, что он практически в одно время вытащил людей из разных лабиринтов и теперь собирается переправить их в Убежище. Почему не всех сразу? Почему каждый вечер только несколько человек?
Томас узнал от новых знакомых, что дольше всех здесь пробыл мальчишка по имени Айрис, которого спасли из лабиринта с одними девчонками неделю назад. Той же ночью этот самый Айрис показал ему кое-что, заставив пойти следом по вентиляционной шахте.
То, что Томас узнал, показалось ему не просто подозрительным. В голове рисовалась примерно следующая картина: каждый вечер Дженсен забирал около десятка человек, чтобы якобы переправить их в некое мифическое Убежище. И каждую ночь, сразу после того, как он забирал их перед отбоем, в секретную лабораторию привозили новые тела. Ровно столько, сколько забирал Дженсен. Проследить причинно-следственную связь было совсем не трудно. Либо Дженсен врет, либо это не трупы, а манекены, которые везут в кладовку, что маловероятно.
Томас, естественно, решил поделиться своими сомнениями с остальными. Он все рассказал им за ужином и сообщил, что собирается узнать, зачем Дженсену трупы и какого хрена он делает с ними в этой лаборатории.
— Ты не знаешь, что ты видел, — запротестовал Ньют как обычно. — Ведь они были накрыты! Ты не можешь быть уверен. Это могло быть, что угодно!
— Я знаю, что я видел, — твердо возразил Томас. — Это были трупы, Ньют. Айрис сказал, что их привозят каждую ночь, как по часам.
— Какой еще Айрис? — впервые за все это время подал голос Минхо. И хотя он сказал это абсолютно бесстрастно, Томас услышал странные нотки.
Томас кивнул туда, где в углу столовой сидел в полном одиночестве мальчишка, с которым он познакомился прошлой ночью так неожиданно.
— Вчера ночью он показал мне вход в ту лабораторию, куда их завозят.
— Что ж. — Минхо бросил в указанном направлении всего один короткий взгляд и затем пристально посмотрел на Томаса. Сейчас почти черные глаза были непроницаемы. — Ну конечно.
В интонациях Минхо слышалась едва уловимая насмешка.
Томас несколько секунд молчаливо смотрел на него, пытаясь понять, что бы это значило, пока до него не доперло, что Минхо может банально ревновать. Ведь со стороны все выглядело немного странно: вчера ночью, не сказав ему ни слова, он поперся куда-то с незнакомым парнем. И только сейчас рассказывает об этом, как ни в чем ни бывало.
Однако Минхо больше ничего не сказал и стал молча доедать свой ужин.
Минхо видел, что Томас опять что-то обдумывает. Томас не умел прятать свои эмоции так же, как не умел врать. Даже тогда, еще в Глэйде, он признался, что работал на ПОРОК. И сейчас у него буквально на лбу было написано, что вся происходящая хрень заставляет его сильно сомневаться.
Будь на месте Томаса кто-то другой, Минхо подумал бы: какого черта? Что этому шанку на месте не сидится? Ведь их спасли, поместили в человеческие условия — дали, наконец, нормально вымыться и пожрать что-то, кроме безвкусной каши. Мясо, которое они месяцами не видели. Вкололи им какие-то штуки со всеми необходимыми витаминами, которых они были лишены долгое время. Так что же заставляет этого неугомонного сомневаться в искренности намерений Дженсена?
Но Минхо слишком хорошо знал Томаса. Гораздо лучше, чем ему хотелось бы. И его настораживало, что Дженсен позвал Томаса поговорить наедине. Почему не со всеми остальными? Почему именно Томаса? Что он от него хотел?
Хотя Минхо было достаточно того факта, что Томас сомневается. Они уже через многое прошли вместе, чтобы он сумел уяснить наверняка об этом долговязом, чересчур открытом и иногда (или почти всегда) слишком любопытном парне одно: Томас всегда докапывается до сути. Всегда.
И поэтому, когда на следующую ночь после отбоя Томас полез под кровать в вентиляционную шахту следом за этим странным шизиком, бормоча, что должен непременно разобраться и проверить все, Минхо не сказал ни слова. Ньют разразился целой бранной тирадой, крича, что Томас идиот, и что он может подставить всех. Типа, не следует кусать руку, которая тебя кормит, а эти люди, спасшие их, дали им нормальные кров и пищу, и все в том же духе. В целом, Минхо был с ним согласен. Но Томасу он доверил бы свою жизнь, если бы понадобилось.
