– Роза требовала развода. Чтобы я бросил Эллу и женился на ней. Но я же не сумасшедший! Потом она принялась бы мне детей рожать. Она этим бредила. «Пятеро, нет, шестеро очаровательных детишек», – передразнил Суханов. – А где деньги брать, спрашивается? Жить где? У нее? С ее родителями и сестрой? И шестеро наших очаровательных детишек! Вот оно, счастье! То, что она прославится, на воде вилами писано. Сколько их таких? И еще рожать собралась. А работать, значит, мне. Нет, такой вариант меня не устраивал. Я предпочитаю Эллу.
– И ты решил от Розы избавиться? – спросил Барышев.
– А у меня был выход? Скажите вот вы, – он ткнул пальцем в сторону Алексея, – вас когда-нибудь преследовала влюбленная психопатка? А вас?
Он посмотрел на Барышева. Серега нахмурился. Суханов же увлеченно продолжал:
– Я готов рассказать вам все. Сделать признание. Чистосердечное. Лишь бы меня не записали в маньяки. Я ведь знаю ваши методы. – Они с Барышевым переглянулись. – Лучше я сам. Добровольно. Да, я сделал глупость: позвонил по объявлению.
– По какому объявлению? – насторожился Алексей.
– Обычное объявление. Думаете, сейчас киллера трудно найти? «Мужчина возьмется за любую работу. Позвонить по такому-то телефону с такого-то времени по такое-то». Я позвонил. Само собой, не со своего телефона. Таксофоном воспользовался. А трубку прикрыл носовым платком. Из предосторожности. Объяснил, что и как, он, конечно, поломался немного, сделал вид, что не понял, потом согласился. Сначала заломил столько, что я хотел повесить трубку. Потом мы поторговались и сошлись на сумме, для меня приемлемой. Назначили встречу. Похоже, этот парень такими делами еще не занимался. Но вполне созрел. Девчонку пришить – это не бизнесмена завалить, у которого полно охраны. Мы встретились, я дал ему денег. Аванс. Из тех самых, скопленных на свободу.
– Когда это было? – хрипло спросил Алексей.
– Вчера. Вечером.
– Как вечером?
– Она уже была мертва, да? Я знаю. Я позвонил ей домой. Сразу же, как только подъехал к своему дому и позвонил. Из машины.
– Зачем?
– Не знаю.
– Предупредить хотел, что ли? Совесть проснулась? Или тюрьмы испугался?
– Не знаю. Слышите, вы? Все надо объяснять, да? Не знаю я. Просто позвонил. Ну, назовите это совестью. Я просто хотел услышать ее голос. А вместо этого мне сказали, что Розу убили. Мама ее сказала.
– Это сделал нанятый вами человек, да?
– Нет. Он получил деньги только вечером. Она уже была мертва. А теперь он звонит и требует вторую половину. Говорит, что, если я не отдам деньги, он сам в полицию пойдет. Мол, я хотел убить эту девушку, и она мертва. И без меня тут не обошлось. А я ни при чем, слышите? Я хотел сегодня уехать из города. Пока не найдут того, кто на самом деле ее убил. Но раз вы здесь…
– Ни при чем, значит, – зловеще улыбнулся Барышев. – Заказал девушку, дал убийце аванс, и ни при чем!
– Но мне же повезло, слышите?! Мне повезло. Ее убил тот, другой.
– Какой другой?
– Не знаю. Она кого-то искала. Говорила, что Марго и Лилию убил маньяк. Хотела выяснить, кто он.
– Да как она могла это выяснить? Как?
– Может, и маячила у нас во дворе, как приманка? – предположил Алексей. – Слушай, Суханов, а ты не в курсе, где могут быть ее дневниковые записи?
– Записи? Знаменитая тетрадка в клетку? В которой море, пальмы и белый пароход в Рио-де-Жанейро? Дома, где ж еще!
– А где ты был вчера днем? С часу до двух? Когда ее убили?
– Я скажу. У клиента. Программу устанавливал.
– Левую, да? Нелицензионную?
Суханов пожал плечами:
– Ну да. Зато это могут подтвердить два человека. Алиби железное.
– А ты не думал, что по тебе давно тюрьма плачет? Убил ты или не убил, уже без разницы. Заказчик убийства! Да еще и пиратскими программами торгуешь! Плохо ты кончишь, Коля. Ох, плохо!
– Вы что?! Я же сам! Добровольно!
– Серега, что будем делать?
– А что? – пожал плечами Барышев. – Покушение на убийство. Он же заказчик! В следственную часть его. А там в СИЗО. И далее: суд, потом зона. По этапу.
– Вы что?!!
– Давай адрес этого начинающего киллера, – велел Алексей.
– Какой адрес? У меня нет адреса! Мы в метро…
– Ну, телефон. Объявление, говорю, давай. Которое в газете.
– А… я сейчас.
Он встал, и тут же в гостиную вошла Элла Эдуардовна. По ее лицу Алексей понял: подслушивала. Николай Суханов заглянул ей в глаза и умильно сказал:
– Эллочка, мне, похоже, нужны деньги. И… семейный адвокат.
– Я все слышала. Собирай вещи и убирайся отсюда, – отчеканила Элла Эдуардовна. – Это мой дом. Моя семья. Мой адвокат. Ничего твоего здесь нет. Я не хочу быть женой уголовника.
– А ребенок? Как же Настя? Что будет с ней? – залепетал Суханов.
– Ах, да. Забыла. Это мой ребенок. Я как-то не задумывалась над тем, почему ты не интересовался дочерью Марго. Как ее здоровье, как она учится, хорошо ли питается. Потому же, почему не интересовался и моей дочерью! Тебе наплевать на всех, кроме себя! Вот и мне наплевать. Забирайте его!
Суханов нервно поправил узел галстука:
– Элла, я не понимаю…
– А тут и понимать нечего!
– Суханов – телефон, – напомнил Алексей. – Объявление.
– Телефон… Ах, да…
