– Глупая девочка! – тяжело вздохнул Серега, а Флора громко всхлипнула.
– Значит, ему нужна была тетрадь, – задумчиво сказал Алексей. – Поехали, Серега, глянем на то, что осталось в павильоне после пожара.
– А мне? Мне что делать? – растерянно спросила Флора.
– Сидите пока дома. Не думаю, что он снова на вас нападет. Не рискнет.
– Но он же хотел меня убить!
– Хотел. И странно, что не убил. Извините, конечно.
Алексей еще раз понюхал листок из конверта. Потом подошел к Флоре и тоже потянул носом.
– Извините. Поближе можно?
Она засмущалась, но кивнула.
– Что за духи у вас? – спросил Алексей, приблизившись и почувствовав от одежды Флоры незнакомый тонкий аромат.
– Какие такие духи? Дешевая туалетная вода. «Цветы России» называется. Фиалка.
– Фиалка?
– Муж подарил. К Восьмому марта. Живем скромно, на дорогие духи у нас денег нет.
– Хороший подарок. Может быть, он вам жизнь спас. До свидания, Флора!
– Что ж, поймаете вы его? – спросила маленькая энергичная женщина.
– Обязательно!
Они ехали к месту происшествия на метро, радуясь, что можно избежать огромных пробок.
– И все-таки я не понимаю, – пытался рассуждать Серега Барышев, – почему он ждал столько времени, чтобы поджечь павильон? А?
– Неизвестно, как долго они разговаривали с Розой. И о чем. Быть может, она сказала только, в каком районе работает и кому отправила письмо, подстраховавшись. И он начал методично обходить все цветочные павильоны, чтобы узнать, в котором из них есть женщина по имени Флора. Редкое имя, между прочим! О, черт! Надо было ее об этом спросить! Не обращались ли к ней с пошлым вопросом: «Девушка, как вас зовут?»
– Она могла и не ответить.
Они вышли из метро, Барышев начал оглядываться, потом уверенно сказал:
– Туда!
– Флора ему не ответила? Вряд ли. Не похоже, что она может огрызнуться: «А вам-то что?» Или просто послать. Тем более что, кроме имени, он ничего и не спрашивал. И приставать к ней не собирался. Ему важно было знать, что именно здесь, в этом павильоне, работает Флора, которая и должна передать полиции опасные записи.
– Пришли, – сообщил Серега. – Вон, видишь почерневшее здание?
Они подошли к обгоревшему павильону. Возле него уже не было ни пожарных, ни Лейкина, ни зевак. Окна разбиты, но крыша целехонька.
– Ты прав, – задумчиво сказал Серега, – пожарные приехали быстро. Разрушения незначительные. Снаружи по крайней мере.
– Зато внутри, кажется, почти ничего не осталось.
Алексей заглянул в павильон, потом нырнул внутрь, стараясь не запачкаться. Подошедшему постовому Барышев протянул раскрытое удостоверение:
– Свои.
– Уголовный розыск, что ли? Криминал ищете?
– Вроде того.
– Удачи, – козырнул патрульный.
Алексей в это время вышел из павильона, вытирая грязные руки:
– Бесполезно. Можешь даже не заходить. Он, видимо, бумаги поджег и убежал.
– Не проще ли было взять из ящика стола тетрадь, запереть дверь и уйти? Или сигнализация сработала?
– Видимо, он ее отключил. Да, странно. Времени, чтобы найти тетрадь, у него было достаточно.
– Но тогда зачем, Леша?
– Я и сам все время об этом думаю. И у меня есть идея. Знаешь, куда нам с тобой надо сейчас заехать?
– Куда?
– К матери Лилии.
– Это еще зачем?
– Там узнаешь, – загадочно сказал Алексей.
– Хорошо. Я только позвоню.
Пока Серега разговаривал по телефону, Алексей прогуливался взад-вперед и думал. О платке в машине Николая Суханова, о сумке Виктории Воробьевой. И о ее духах с запахом резеды.
Барышев вернулся минут через десять, потирая руки, заявил:
– Порядок!
– Жена в сотый раз сказала, что тебя любит? – усмехнулся Алексей.
– Иди ты со своими шуточками! Ублюдка, что магнитолы воровал, мужики задержали. Привели в отделение, и там он во всем признался. Теперь можешь спать спокойно. И машину оставлять во дворе.
– Ну, уж нет! Береженого бог бережет.
– Надо бы поехать, с ним побеседовать.
– Успеешь. Хотя… Ох, я дурак! Давно следовало догадаться! Я же говорил, что одна из женщин была лишней! Вот мы сейчас и узнаем наверняка, которая…
…Мать убитой девушки Полина Михайловна нежданным гостям не удивилась. Тяжело вздохнула и сказала:
– Что ж, проходите. Я как раз к гадалке собралась. Назначено у меня. А вы надолго?
– Зачем же к гадалке? – удивился Алексей.
– Есть, говорят, предсказательница Тамара, так она по фотографии может отыскать злодея, который дочку мою убил.
– По чьей фотографии? – спросил Леонидов, а Барышев пробурчал: «Дайте мне его снимок, я и сам найду».
– Как по чьей? Дочки!
– Так и я тоже могу, – усмехнулся Алексей. – Зачем же к гадалке? Тем более я сделаю это бесплатно. А сколько с вас собиралась содрать гадалка?
– У вас есть экстрасенсорные способности?! – уставилась на него Полина Михайловна.
– А то! Не верите – у оперуполномоченного спросите. – Серега хмыкнул: клоун!
– А вы разве не…
– Нет. Это он из полиции. А я – экстрасенс. Но мне нужна не фотография Лили, а ее вещи.
– Конечно-конечно, – засуетилась Полина Михайловна и направилась в маленькую комнату.
– Когда это у тебя проявились способности экстрасенса? – прошипел Барышев, ткнув Алексея в бок.
