Буря восторга, хохот, саркастические вопли и комментарии. «Хорошо сказано, Харрисон!..» – «Ну, старик, завернул!..» – «Верно подметил, донжуан!..» – «С завтрашнего дня играешь только в шлеме!». Автор последнего замечания явно намекал на то, что Харрисон, играя в лакросс, слишком часто получал клюшкой по репе, падал и вообще травмировал свою черепушку. В чисто мужской компании сент-реевцы только порадовались бы такому остроумному высказыванию. Другое дело – когда рядом с тобой сидит та, которую только что называли «леди». Парни не без опаски косились на своих девушек, не зная, как те отреагируют на столь откровенное заявление Харрисона. К счастью, чувства юмора у них хватило. Крисси, сидящая рядом с Вэнсом, согнулась пополам от смеха, уронила голову на стол и даже закрыла ее руками, давая понять, что она «в чуриках» и хочет спокойно отсмеяться в свое удовольствие.
Харрисон принял порыв общего восторга за чистую монету, пребывая в полной уверенности, что все смеются не над ним, а вместе с ним. По-прежнему радостно ухмыляясь, он попытался опереться на плечо своей девушки – которая сидела, – но промахнулся и лишь в последний момент ухватился за край стола, избежав таким образом очередной травмы не защищенного шлемом черепа Высказавшись и почувствовав, что земля почему-то качается под ногами сильнее обычного, Харрисон, продолжая улыбаться, плюхнулся со всего размаху на едва не треснувший под ним стул.
Дальше тосты пошли один за другим… и в каждом следующем количество эпитетов в превосходной степени превышало произнесенное предыдущим оратором. Общая компания быстро распалась на небольшие группы. Шарлотта позволила себе выпить еще немного вина.
Банкет подходил к концу, настал черед танцев. Диджей врубил музыку и пригласил еще способных держаться на ногах гостей на танцпол в атриуме. Парни, как обычно, встали по углам, болтая друг с другом и громко рассказывая ужасно смешные анекдоты. В общем, настал тот час, когда шутка кажется тем забавнее, чем громче она прозвучала…
Первыми на танцпол вышли три девушки и, встав лицом друг к другу, начали танцевать, покачивая бедрами и бросая на парней выразительные взгляды. Шарлотту просто поразило, насколько все это похоже на школьные танцы в Аллегани-Хай. Сначала танцуют одни девчонки, потом, разогретые их чувственными движениями, на танцпол выходят и парни… Двоих из танцевавших девушек Шарлотта сразу узнала: Николь и Глория! Николь – безупречная блондинка, Глория – безупречная брюнетка, экзотичная, провоцирующая… темная… да, «темная леди»… Губы изогнуты в улыбке, подобной тугому луку, и обещают… одному Богу известно что. Наконец к танцующим присоединился Джулиан… а за ним на еще полупустой танцпол не то выскочил, не то выкатился Ай-Пи, для начала завизжавший: «Мне нужна…» – и картинно зажавший себе рот, чтобы случайно не проговориться при дамах, что же ему так сильно нужно. Наблюдая за этой компанией, Шарлотта поймала себя на том, что никак не связывает между собой Ай-Пи и Глорию. Зато она вполне могла представить себе в качестве пары Джулиана и Глорию. Судя по всему, в этом их с Джулианом мнения совпадали. По крайней мере, когда они подпрыгивали и дергались посреди танцпола, он бросал на жгучую брюнетку многозначительные оценивающие взгляды. Назвать это шоу настоящим танцем у Шарлотты язык бы не повернулся. Скорее эта компания из трех девушек и двух парней просто дурачилась, не слишком убедительно и довольно неуклюже пытаясь изобразить отвязный хип-хоп. Постепенно пара за парой присоединялись с танцующим – парни приглашали своих девушек и, оказавшись на танцполе, они прижимались друг к другу и начинали
