— Шехзаде Баязид — жертва твоих интриг, Гюльбахар, — сказала Симисшах, встав с тахты и подойдя к бывшей Султанше, — если бы ты не планировала интриги, войны и не пыталась бы рассорить Валиде с Султаном, Баязид был бы жив, и ты оставалась бы Султаншей. Однако, тебе этого титула было мало, и ты положила глаза не просто на покои Валиде, но и на трон мира. Ведь всем известно, что Баязид, если бы взошёл на трон, являлся малолетним Султаном. Это значило бы, что ты становишься регентом Султаната, то есть получаешь такую же власть, которой до приказа Мурада о смещении Кёсем с поста регента, как у неё.
— Разве ни, каждая наложница мечтает получить титул Валиде Султан? — удивилась Гюльбахар, — ты исключение, ты верна Султану и Валиде Султан.
— Я верна лишь моему мужу и тем, кого он любит, — поправила Симисшах.
— А что если бы Кёсем Султан решила свергнуть Султана Мурада с трона? Чтобы ты тогда сказала за такую преданность? — улыбнулась Гюльбахар. Симисшах услышала колкость в её голосе, и отвесила пощёчину.
— Не приведи, Аллах такое случилось бы, — процедила сквозь зубы Симисшах, — однако, если такое случилось бы, то я незамедлительно стала бы на сторону Мурада. Он — Повелитель мира, и лишь Аллах знает, когда ему оставить трон. А теперь, возвращайся в свои покои, Гюльбахар.
— Султанша…
— Я сказала, возвращайся в покои! — повторила Симисшах. Гюльбахар поклонилась, и вышла.
Прошло несколько часов. Симисшах решила выйти в сад, чтобы проветрить свои мысли. Шехзаде Мехмеда, шехзаде Касыма и Гевхерхан Султан было решено похоронить в усыпальнице, которую когда-то построили на этой земле. Симисшах планировала достроить её, однако ей не хватало средств, поэтому решила отложить постройку. Симисшах гуляла в сопровождении Сулеймана Аги и Михримах-хатун. От Фары приходили вести, что наложницы Султана не могут забеременеть, ходят слухи, что если шехзаде Ахмед ограждён от династии, у Мурада больше не будет наследников. Симисшах не стала дальше читать письмо и кинула его в огонь.
Ахмед присоединился к Симисшах в саду. Она, хоть в глубине души и ненавидела его за все его деяния, сейчас, он был будто маленький забившейся в угол щенок, у которого нет ни мамы, ни отца. Бабушка вовсе отказалась от него. Ахмед искал поддержки лишь у Симисшах. Она приняла его, сказав, что примет его, как собственного сына, ведь своего она потеряла много месяцев назад.
— Султанша, были вести от Фары-хатун? — спросил Ахмед. Симисшах стояла возле кустов роз, и срезала красивые бутоны, отдавая Михримах. Ахмед стоял рядом с Симисшах.
— У Мурада наложницы не могут забеременеть, — сказала Симисшах, — говорят, будто я прокляла его.
— Как вы моете кого-то проклясть, Султанша? — удивился Ахмед.
— Не забывайся, Ахмед, — напомнила Симисшах, взяв его за подбородок, — может, я и приняла тебя как своего сына, но никогда не забывай о своих грехах, за которые тебе предстоит перед Всевышним ответить. — Ахмед поник, и робко потянулся к руке Симисшах. Увидев это, Симисшах тяжело вздохнула, и разрешила ему поцеловать свою руку. Внезапно, со стороны дороги, чтобы была недалеко от сада, Симисшах увидела всадников, подъезжающих к Старому Дворцу. Гостей она не ждала, и сказала Ахмеду возвращаться во дворец, но Ахмед отказался. Симисшах, в сопровождении служанки и шехзаде с Агой, направилась к всадникам. Дойдя до дороги, в одном из всадников Симисшах узнала Мурада. Все сразу же поклонились. — Повелитель, добро пожаловать! — сказала Симисшах. Мурад спрыгнул с коня, и подошёл к жене. Увидев Ахмеда, Мурад даже не удосужился сказать ему что-то. Ахмед понимал, что за смерть сестры, сына и брата, он его никогда не простит. — К добру, Иньшала?
— Я хотел бы побеседовать с тобой, Симисшах, — сказал Мурад, — наедине. — Симисшах поняла, что Мурад имеет, в виду Ахмеда. Она посмотрела на него.
— Ахмед, возвращайся в свои покои, вечером приходи ко мне, вместе поужинаем, — сказала Симисшах.
— Хорошо, Валиде, — Ахмед поклонился и направился во дворец. Такое общение жены с бывшим наследником Султана не обрадовало.
— Как ты можешь так общаться с ним, Симисшах? — удивился Мурад, — он предал династию.
— Вы отослали его сюда, Повелитель, — напомнила Симисшах, — при живых родителях Ахмед остался сиротой, так как у меня самой сына нет, я решила заботиться о нём. Иньшала, Аллах простит ему его грехи.
— Аминь, — сказали Сулейман и Михримах.
***
Мурад и Симисшах зашли в главные покои Старого Дворца, где жила Симисшах. Султанша приказала накрыть на стол, и слуги тот час пошли всё выполнять. Мурад сел на тахту, и пригласил сесть жену. Симисшах села рядом.
— По какому вопросу вы пожаловали, Повелитель? — спросила Симисшах.
— Я слышал от Айше, что ты беременна, — сказал Мурад. Симисшах вздохнула, — это правда?
— Стража, — позвала Симисшах. Аги зашли в покои, — принесите Повелителю его ребёнка, — Аги поклонились. Мурад не думал, что Симисшах уже родила ребёнка, — роды были преждевременные, дитя еле смогли спасти.
— Кто же родился, Симисшах? — спросил Мурад. Симисшах посмотрела на него.
