В палате звенела тишина, девчонки активно прикидывались крепко спящими, источая едкий запах сердечных капель. Они так боялись, что это Коршун пришел проверять, что ни одна даже глаз не открыла. Я накинула халат, взяла пустую бутылочку с Таниной тумбочки, прихватила шоколадку и полетела к своему Коршуну прямо на крыльях любви. Взаимной!!!
Господи, спасибо моим ушам, что познакомили меня с таким чудесным доктором! Как замечательно, что я родилась почти глухой! А теперь я слышу, и у меня есть он.
Дверь в ординаторскую была открыта, а мой красавчик подогревал воду в чайнике и готовил кружки.
- Закрывать?
- А как хочешь? – улыбнулся он.
Я захлопнула двери и уже привычно плюхнулась на диван, в одной руке сжимая бутылек, другой держа шоколадку. Коршун одобрительно кивнул моему выбору закрытой двери, подошел ко мне и протянул руку.
- Давай.
Я отдала шоколадку, доктор засмеялся.
- Заинька, бутылочку давай, что ты в нее вцепилась, как в родную?
- Только не кричи сильно, ладно?
- Что опять? – он закатил глаза и уселся рядом.
- Ну…, - замялась я, - она немножко пустая…
- Немножко пустая?! – захохотал Коршун. – Они все выпили?! Охренеть! Во, дают бабы! – он забрал у меня бутыль и бросил ее вместе с шоколадкой на диван. – Иди ко мне.
- Прямо тут? – удивилась я, опять его развеселив.
- Алиса! Я тебя просто поцелую! Что за мысли сразу?!
Спустя секунду я уже сидела на его коленках.
- А если кто придет?
- И черт с ними, - пробормотал доктор, зарываясь носом в моих волосах. Глубоко вдохнул и почти замурлыкал, когда я обвила его шею руками и стала нежно целовать мочку уха. – Я тебя люблю, Алиса, - проворковал он.
- Я тебя люблю, Дима, - повторила я с улыбкой. И правда, в этот раз легче.
Быстрого поцелуя не вышло, мы увлеклись и вскоре уже оказались в положении лежа. Я оказалась под Коршуном, а он, чтобы не задавить меня своим приличным весом, облокотился на локти и осыпал меня нежными поцелуями. Губы, скулы, нос, подбородок, шея и обратно. А я просто лежала, прикрыв от удовольствия глаза, и улыбалась. Сейчас атмосфера между нами была другая, не такая, как в душе. Тогда я ощущала себя желанной, а сейчас – любимой. Я успела даже задуматься, когда я чувствовала себя лучше: в душе, или на этом диване? Но так и не смогла определиться, мне нравились оба варианта. Кажется, с этим мужчиной я довольна всегда.
А еще у него был такой счастливый вид, что мне даже не верилось, что это из-за меня. Я хихикнула, Коршун отвлекся от расцеловывания частей моего тела и глянул на меня с любопытством.
- Что такое?
- Да просто не верится, что я не сплю. Ты обычно орешь на меня, а тут такая нежность!
- Так я же предупреждал, что я псих! – усмехнулся он. – А влюбленный псих – вообще гремучая смесь! Мне тебя то убить хочется, то…
- Что? – кокетливо поинтересовалась я, хотя ответ уже давно красноречиво упирался в мое бедро.
Его глаза блеснули опасным огнем, Коршун поднялся и потянул меня за собой.
- Чуть позже я тебе обязательно покажу – что! – пообещал он. – У нас чайник остыл!
- Да и фиг с ним, с чаем! Давай просто поболтаем? Ты чай налей, мало ли, зайдет кто. А так оправдание будет: чай пьем!
- Заинька, да и пусть. Ну, увидят. Тебя выпишут, и все.
- Так я же не долечилась!
- Так у тебя дома будет личный лор! Ты же ко мне переедешь! Я дома могу круглосуточно осмотр проводить! – пошутил он.
Мои брови взлетели вверх.
- Чего это? Я еще не соглашалась!
- Того это! Твое «я тебя люблю» согласилось за тебя! Автоматом заселило тебя ко мне.
- А как же: рано, мы мало друг друга знаем? – если честно, мне не терпелось оказаться у него дома и остаться там навсегда, но поломаться-то нужно для приличия!
- Алиса, не начинай! – засмеялся мой доктор. – Мало друг друга знаем – это поправимо! Или ты не хочешь со мной жить? – обиженно прищурился он.
- Хочу, как бы быстро это кому ни показалось! – призналась я. – Но чаек все же налей. И мы подождем моей выписки, потому что я не хочу, чтобы тебе из-за меня досталось. Меня-то просто выпишут, а вот тебе неприятностей я не желаю.
- А чего ж тогда сейчас не вырывалась из моих объятий? – он улыбнулся и пошел наливать чай. – Но мысли верные. Кажется, я тебе их с поцелуями передал.
- Они у меня и раньше были! – смеясь, возмутилась я.
Коршун вернулся на диван, взял меня за руку.
- Расскажи мне о себе, заинька.
- Что рассказать? – растерялась я. Сейчас мне вдруг показалось, что он и так уже все обо мне знает. Да он меня под наркозом видел!
- Что угодно! – пожал плечами доктор. – Мне все интересно.
- Ну…, - я задумалась. – Жила с родителями, потом они погибли в авиакатастрофе… меня к себе старшая сестра забрала, - я сглотнула, а он сжал мою руку и вздохнул.
- А я надеялся познакомиться с твоими родителями…
- Не выйдет, - грустно вздохнула я.
- Прости, что напомнил…
- Ничего, за несколько лет боль немного утихла. Зато теперь я никогда в жизни не сяду в самолет.
- А летала когда-нибудь? – вдруг заинтересовался доктор.
- Нет.
Он улыбнулся.
- А это классно! Может, когда-нибудь смогу тебя уговорить, полетаем вместе.
- Если только на твоих крыльях! – засмеялась я. – А на самолете – вряд ли.
